Аполлон и Стикс

Алекс молчал, понимая, что любое его слово будет истолковано либо как критика, либо как похвала.

– Да не нужно мне осуществлять ваши желания, – капризно заявил Кирилл. – У меня теперь есть люди, которые осуществляют мои.

Алекс мимикой продемонстрировал интерес к подробностям.

– Ну, если я хочу кофе, я говорю: “Кофе, пожалуйста”, – и помощница готовит мне эспрессо, – лениво объяснил Кирилл.

“Оральный рай”, – подумал Алекс.

– Прямо как скатерть-самобранка, – улыбнулся он.

– Да. Потому что я этого заслуживаю, – довольно прокомментировал Кирилл.

– Действительно, нет, – согласился Алекс.

– Вам нужно нанять секретаршу, – посоветовал Кирилл. – Вы же хорошо зарабатываете. Посадили бы ее возле входа. Там есть место.

– Спасибо, я подумаю, – сказал Алекс.

Интерпретировать не имело смысла. На него снова навалилась усталость.

– Ну, ладно, я пойду, – сказал Кирилл, посмотрев на часы.

Ему было не трудно заканчивать сессию вовремя.

Они поднялись, и Кирилл положил на стол деньги.

– Я вам в следующий раз еще один сон расскажу, – пообещал он. – Про змею.

– Буду ждать, – сказал Алекс, провожая его взглядом.

* * *

За Васей по всему коридору, начиная от уличной двери, тянулся мокрый след. След был широкий и сплошной, будто оставленный хвостом крупного морского животного, а не парой зимних ботинок на подошве из толстой резины. Васе нравилась громоздкая обувь, в которой можно было топать по слякотным тротуарам так, что автомобили на проезжей части шарахались в стороны в тщетной попытке спастись от грязевых ванн.

Васина мама позвонила полгода назад, в сентябре, сразу после начала нового учебного года, и спросила, может ли она привести на прием ребенка.

– Сколько ребенку лет? – спросил Алекс.

– Шестнадцать, – ответила Васина мама.

– А что вас беспокоит? – спросил Алекс, готовясь к однократной встрече с мрачным и неуправляемым юнцом.

– Не складываются отношения со сверстниками, – сообщила Васина мама, словно прочитав жалобу по бумажке.

– У вас или у ребенка? – уточнил Алекс.

Васина мама обиделась.

– У ребенка, – сухо сказала она и на всякий случай объяснила: – У меня прекрасные отношения со всеми людьми.