Янтарные бусы

– Олег, а что, к родителям своим с поздравлениями уже ездил или после собираешься? – дед Иван поставил в центр стола тарелку с аппетитно румяной курицей.

– Мои уехали к старшей сестре в гости на Новый год, – с сожалением покачал головой Олег. – Да и у меня концерт за концертом, с ними не поедешь. Решили, что я к ним второго числа, в воскресенье с поздравлениями приеду… то есть приедем вместе с Любой, если, конечно, она захочет… Мама приглашала нас вместе, да и отец был бы рад, сестра средняя Вика сейчас дома, приехала на месяц.

Думаю, было бы здорово познакомиться всем поближе…

– Второго? – задумчиво ответила Люба, тайно похолодев сердцем от такого приглашения. – Я как раз после дежурства буду, наверное, это не очень будет удобно… У всех веселье, поздравления, и я сонная.

– Ничего страшного, все понимают, что у тебя работа очень важная и ответственная. Мы недолго побудем, я попрошу отца, чтобы к вечеру отвез нас обратно, и ты сможешь отдохнуть.

Евдокии Ивановне, да и бабушке с дедом такое отношение парня к их Любаше очень понравилось.

Дед одобрительно крякнул и подмигнул внучке, у которой от этого разговора загорелись румянцем щеки. И отказаться от поездки в гости было уже как-то неудобно…

После полуночи молодежь оделась потеплее, намереваясь пойти на танцы, и вскоре во дворе раздались веселые голоса Ксюши и Алексея, Нины с младшей сестрой Валей, они махали руками и кричали поздравления деду Ивану, глядевшему на них из окна.

– Любаш, ты там… осторожно, мало ли, кто нетрезвый будет, – негромко говорила дочери Евдокия.

 – Вместе все там держитесь. Да и долго не задерживайся.

– Что ты, мать, ведь взрослая у нас уже девчонка-то, – выговаривал Евдокии дед Иван, когда шумная компания молодежи улетела со двора. – И так у нас Любашка кроме работы ничего почти и не видит, все в больнице своей. Пусть ходит и в клуб, и на танцы! На то она и молодость! Да и не одна она, с парнем.

– Не доверяю я ему, какой бы золотой ни был, – вздохнула Евдокия.

 – К матери вот своей повезет, к отцу… а мне все кажется – вдруг кто ее там обидит, а меня рядом не будет? Страшно.

– Что уж ты, Дуся, так нельзя, – покачала головой Екатерина Прохоровна. – Что же страшного? Своя жизнь у Любы будет, не все же ей возле нас сидеть. Она у нас умница. Да и в обиду себя не даст, зря тревожишься. А парень вроде бы и неплохой, заботливый. Вон, подарок ей привез из города, как на концерт ездил… Может, и семья у него хорошая.