Бульвар Сансет и другие виды на закате

Бульвар Сансет и другие виды на закате

Григорий Лерин

Мир сошел с ума и умер. Неизвестно, да уже и не важно, кто первым нажал на «красную кнопку», и тысячи термоядерных взрывов превратили Землю в Бульвар Заходящего Солнца.

Рутинная задача – привести судно домой становится непреодолимым испытанием для капитана контейнеровоза, застигнутого войной в середине океана. Нет связи и привычных средств навигации, нет солнца и звезд, нет даже порта назначения за горизонтом. А осознание Конца Света изменяет психику оставшихся в живых, и от сработанного, слаженного экипажа можно ждать любых сюрпризов.

Наверное у тех, кто верит в Бога, еще остается надежда, но капитан не верит, он полагается на свой опыт, на случай, на удачу. Да и как можно верить в Высший Разум, допустивший уничтожение человечества? Но в конце долгого пути домой капитану предстоит узнать, что Создатель существует. Только совсем не такой, каким его представляют.

Григорий Лерин

Бульвар Сансет и другие виды на закате

1

Они нашли свой дом в конце лета.

То ли от перепада дневных и ночных температур, то ли из-за холодного дождя, хлынувшего на раскаленную поверхность, спекшаяся корка земли лопнула и разошлась. Бурный поток черной дождевой воды вымыл на дне неглубокий, уступчатый каньон, пробил тоннель в песчаном пласте и исчез, оставив после себя широкий грязный след.

Именно этот пласт смешанной с песком земли привлек их внимание.

– Смотри, – сказала женщина. – Песок желтый.

Мужчина молча кивнул. Последний раз он видел такой песок полгода назад на австралийском побережье Индийского океана, как раз накануне Конца.

Обычный светло-желтый песок, не покрытый густым слоем радиоактивной угольной пыли.

Он сбросил сумку под ноги, пошевелил затекшими плечами и подошел к краю расщелины. Ее верхняя кромка состояла из двадцатисантиметрового слоя спекшейся стекловидной массы. Ниже простирался слой земли, смешанной с песком. Метра два – два с половиной.

– Высоко, – сказала женщина за его спиной. – Надо рубить ступени.

– Верхний слой, как бетон, – возразил он. – Мы сломаем топор.

– Внизу земля мягкая. Мы выроем пещеру. Здесь будет наш дом. – Ее голос дрогнул.

Мужчина обернулся и взглянул на нее – маленькую женщину в грязной, потерявшей первоначальный цвет куртке военного образца, с короткими, редеющими волосами на голове, с растрескавшимися губами и треугольным рубцом на шее. И с глазами цвета утренней озерной воды, которые просили.

– Это невозможно.