Поросль

Ревел Петька на матрасике, кряхтел больной Илья, стучали по батареям соседи.

– Я готова, – сказала Машка, не двигаясь с места. Ей не хотелось отпускать Димины ладони.

– Удачи, – сказал он ей и отступил.

Машка полезла на насыпь.

Она ничего не слышала – ни плохо сдерживаемого смеха, ни передразниваний.

– Слушайте, а она точно успеет? – спросил Дима, улыбаясь во весь рот.

– Успеет, успеет. Ещё поезда не будет, а она уже сбежит, – мстительно отозвался Федя, отшвыривая перепачканную кровью листву.

Ему отчаянно хотелось оправдаться перед друзьями, и он никак не мог дождаться, когда сам сможет поиздеваться над Машкой.

Глубоко выдохнув, она воткнула наушники в старый телефончик, подарок Виктории перед отъездом. В уши громом ударила музыка – Машка, не желая показаться трусихой, включила звук на полную мощность.

И пошла вперёд, сунув руки в карманы.

До следующего поезда оставалось совсем немного.

У насыпи все еще перешучивались, вспоминали Машкину мать-алкашку, намалеванные темные губы и блаженную улыбку.

Музыка заглушала весь мир.

Шаг. Другой. Третий. Машка шагала, чувствуя пульсирующую в ушах боль. Ладони похолодели и задрожали. Воздух стал кислым на вкус, словно ощутив Машкин страх.

Но она не сдавалась. Помнила, как смотрели Таня и Дима, когда Федя трусливо скатился с насыпи, сбежал раньше времени. А она, Машка, должна справиться.

Она ведь смелая.

Вдалеке показался поезд – сонный машинист не заметил фигурку, бредущую по шпалам.

Машка упрямо шла вперёд, склонив голову и сгорбив плечи, чувствовала, как вдалеке задрожал воздух, как земля под ногами едва ощутимо завибрировала, как что-то изменилось…

Поезд.

Главное – не бояться. И у неё всё получится.

Состав мчался, громыхая колёсами, не сбавлял ход. Одна, вторая, третья шпала – они мелькали перед глазами, двоились и рябили. Вот тут на дереве расползлось чёрное масляное пятно, а тут сквозь камни пробился чахлый зеленый росток. Машка вышагивала, пытаясь догадаться о приближении поезда.

Ощутить кожей. Учуять по запаху.

Перед глазами стоял Федя, разочарованный и бледный, и Машка закрыла глаза настраиваясь.

Машинист наконец-то заметил девчонку на путях – дал гудок, чтобы согнать её со шпал, но Машка брела, ничего не слыша. Ближе, ближе, с каждой секундой ближе.

Машка шла. Поезд выл, предупреждая.

Споткнувшись, она чуть не упала, но выпрямилась и пошла дальше. Дрожь, звон, вибрация. Уже близко.