Awakers. Пробудители. Том 2

– Что?

– Я как-то позвонил, трубку взял какой-то мужик.

– А, да, я его отдал одному парню…

– На фига?

– Он мне был не нужен.

Я молчу.

– Я отправлял открытки, – оправдывается Трой. – Ты получил?

– Пару штук. Я же сказал, я съехал с квартиры.

– Жаль, они были красивые.

Он трётся плечом о качельную цепь, щурится на солнце.

– Так как её звали?

– Кого?

– Ну барышню твою, с которой ты встречался.

– Мэнди.

Трой, неисправимо и бесповоротно предсказуемый Трой, запрокидывает голову, смеётся и начинает петь:

– Well you came and you gave without taking

And I sent you away, oh Mandy…

* * *

Это всё город виноват.

Город и море. Огромное, солёное и мокрое. И на кой чёрт оно сдалось, когда никто не купается толком, плескаются только как вяленые рыбы. Солнце уже клонится к горизонту, а жарко так, что я готов лечь и умереть. Умереть лишь для того, чтобы потом не вытряхивать весь этот оголтелый песок из волос и одежды.

– И долго ты теперь будешь на меня дуться? – спрашивает Трой, пока мы мочим ноги на пляже.

– Я не дуюсь.

– Ну брось, я не хотел никого волновать. Я же сообщил, что я в порядке…

– Ну и молодец!

Ненавижу песок. И закат этот бессмысленный ненавижу.

– Ты всё равно дуешься.

И вода ни черта не успокаивает.

– Ну ладно, допустим… Что, если я… – дыхание перехватывает, но он не отпускает:

– Что, если ты?..

– Что, если я был не в порядке? Я пытался до тебя дозвониться, а ты отдал мобильник какому-то хрену, потому что он был «не нужен».

Он фыркает, получив своё признание, упирается взглядом в песок:

– Он был мне не нужен, потому что никто мне не звонил, – резко и холодно.

– Ау! Телефон в обе стороны работает, мог бы сам…

– Мог бы? Не мог бы! Я ж тебя достал, забыл?

– Что за бред! Я никогда не говорил, что ты меня достал.

– Потому что ты слишком вежливый, а я… я же не дурак!

Он смотрит на меня исподлобья, ощетинился весь, зажал свои шлёпки в руке, и мне кажется, что либо они сейчас полетят в меня, либо я сам полечу в воду.

Но Трой лишь фыркает, закатывает глаза и качает головой.

– Пойдём. Я знаю, что тебе нужно.

Это алкоголь всё виноват. Точнее, его отсутствие.

– Напомни, почему мы опять бухие?

– Э-э-э… вероятно, тот ром был алкогольный, – предполагает Трой.

– Почему мы пили ром?

– Потому что мне двадцать один и я оказываю на тебя дурное влияние.

Мы сидим в салоне, расфуфыренные девицы красят нам ногти.