Awakers. Пробудители. Том 2

– Ну и?

Трой крутится в обратную сторону, чудом не спотыкаясь о расхлябанные шнурки.

– Я слишком нормальный, – выдаёт Том, складывая часы в правый карман жилетки – ни дать ни взять, Мартовский Заяц.

Ральф закусывает язык, чтобы не расхохотаться в голос:

– В каком смысле?

– То есть у меня порядок с семьёй: меня никто не бросал, детей я не терял, – загибает пальцы Том. – В принципе у меня и семьи своей как таковой нет.

– А у кого есть? – не догоняет Майк.

– Точно не у меня, – кивает Том.

– И в чём трагедия?

– Да нет, я и говорю, что трагедии нет.

– Я когда в школе учился, мы так развлекались, – внезапно делится Трой. – Развесили по городу объявления «избавим от алкогольной зависимости» и номер телефона. Потом, когда нам звонили, мы орали в трубку: «Бросай пить! бросай пить, сука!»

Майк первым смеётся громче всех, а Том морщит нос:

– Жестоко.

– Ну… жестоко, – соглашается Трой. – Мы делали много плохих вещей. Один раз мы закинули товарища в Мексику, без паспорта, без телефона, и сбежали, пока он был в отключке… Не знаю, у нас не было морального компаса.

Трой кружится против часовой стрелки, останавливается, пошатываясь на заплетающихся ногах.

– Где мой Саймон?

* * *

В тот вечер идёт снег. Точнее сказать, снег беспощадно валит с небес несколько часов подряд – на радость пешеходам, на горе водителям.

– Ты дебил! – кричит Майк Трою вдогонку. – Нам больше часа отсюда пешком херачить!

– По крайней мере, мы не стоим колом, – хмыкает он, оборачиваясь на оставленное авто.

– Можно вернуться назад в студию.

Майк чертыхается, смахивая пушистые снежинки с волос, с завистью поглядывая на Троя в парке с капюшоном, который выводит весёлый смайлик поверх снежного слоя на капоте бесхозной машины.

– Нельзя, Микки, назад нельзя.

– С какого хера нельзя? Что мы тут будем?

Трой отряхивает руки, продвигаясь вперёд в свете фар буксующих автомобилей.

– Хватит ныть. Это будет приключение. Большим кораблям – большое плавание.

Это на словах «приключение», а на деле сугробы по щиколотку, мокрые ноги и «ну и дубак, чтоб его!».

– Не отступать! – не сдаётся Трой, и они продолжают брести по заснеженной проезжей части, время от времени останавливаясь, чтобы перевести дух.