Четверо за спиной

Внизу что-то вроде тренировочного поля. Десяток мужиков, разбившись на пары лупастят друг друга мечами. Мне было бы интересно, но мы со слугой торопимся. Тем не менее, я останавливаюсь: мое внимание привлекает детское жалобное поскуливание.

Перевешиваюсь через перила и вижу, как какой-то здоровый бородатый мужик пинает мальчишку лет десяти. Ребенок лежит на земле, свернувшись комочком, пытаясь защититься от нападающего. К тому подскакивает светловолосый кудрявый юноша, пытается остановить, но тот, не глядя, отшвыривает подростка, как щенка.

Тут меня просто перемыкает.

– Эй, ты! – ору я (а голос у меня зычный), – совсем охренел, дылда здоровая!

– Ты это мне что ли? – мужик поднимает патлатую голову и злобно сверкает на меня глазенками.

– Тебе, урод! Кто-то еще здесь детей бьет?

– Шла бы ты, куда идешь. Еще не хватало, чтоб баба на меня голосила.

– Бабы вышивают и косы плетут. А я тебе сейчас физиономию расквашу.

– Да ну! Ишь какая дерзкая. Может мужика у тебя давно не было? Так я подсоблю, чтоб не дерзила.

– Подсобилку попридержи. Будешь играться долгими вечерами.

Не в силах удержать подкатывающее к горлу бешенство, я, забыв обо всем, слетаю по лесенке с галереи во двор. Наша перепалка не осталась незамеченной. Вояки перестали сражаться, начали подтягиваться к месту нарастающего конфликта. Извечное человеческое любопытство, что сказать. Обращаю внимание, что несмотря на ширину плеч, многие ниже меня ростом, как минимум на полголовы. А кто и поболее.

Потому и смотрят на меня с изумлением. Да здравствует акселерация, ребята! Мой оппонент тоже не может мне смотреть в глаза на равных, и видимо бесится. Собирается целый кружок из зрителей, глаза которых горят предвкушением зрелища. Виданное ли дело – баба мужику, вояке, грозит трепкой.

Туговато у них тут с развлечениями, сейчас исправлю. Стою спокойно, расставив ноги в стойку и нагло улыбаясь. Знаю, что это многих бесит. Не в первой мне в спарринге с мужчиной. А хам нутром чувствует подвох: с чего бы это баба против него на равных вышла и не боится? Вроде и уверен в своих кулаках, но рот и плечо заметно подергиваются.

А я краем глаза вижу, как кто-то из прислуги поднимает побитого ребенка и уносит внутрь.

– Госпожа, – шепчет за моей спиной кудрявый паренек, что пытался мелкого защитить – давай я выйду. Пусть лучше он меня побьет.

Чуть поворачиваю голову, благодарно улыбаюсь благородному мальчишке.

– Не стоит.