Похищение любви

«Прощай, пришла разлука, прощай, моя голубка, навсегда-а…» – пела Лариса, и только вспоминала, и только тяжело помнила, что попрощалась уже давно, все прошло… А Зина не знала еще прощания, но предчувствовала его; она боялась прощания, думала о нем, отмахивалась от него, а прощание неумолимо надвигалось, жизнь катилась вперед, и с горьким сердцем приходилось соглашаться, что какова бы ни была ее жизнь, «ничего, ничего, ничего не осталось от жизни моей…»

Они не глядели друг на друга, а смотрели на темное окно перед собой.

Сладка была им песня. И пусть в жизни не очень им повезло, но раз есть такая песня, раз поется полным, раскованным голосом, то быть не может, чтобы надежда совсем оставила их. И когда они пропели:

Только раз бывают в жизни встречи,

Только раз судьбою рвется нить… —

и замерли, чтобы выдержать паузу, в квартиру Ларисы позвонили.

Это были Алеша с Наташей; открывая дверь, Лариса смутилась: она совсем забыла, что должен прийти Алеша, и теперь слегка покраснела – было неудобно, что она немного пьяная.

Алеша с Наташей стояли перед входом, тоже смущенные.

– Ну, проходите же, проходите! – опомнилась Лариса. – Алеша, ну что же ты! Проходите!

Алеша пропустил жену вперед; коридорчик был узкий, Лариса прислонилась к стене; проходя мимо Ларисы, Алеша обернулся, и они вдруг крепко стукнулись лбами – у Ларисы даже слезы на глазах выступили. Алеша растерялся, покраснел, приложил ладонь ко лбу и начал горячо извиняться. Но Лариса, махнув рукой, засмеялась веселым звонким смехом.

За Ларисой рассмеялся Алеша, за ними осторожно засмеялась и Наташа. Зина, выбежав на шум, увидела смеющихся «дурачков» и, как это бывает, не сдержалась сама и тоже прыснула.

Этот общий смех помог женщинам без лишних церемоний познакомиться и решить дело быстро и по-дружески. Комната была сразу по коридору направо, Алеше она понравилась, он тут же предложил за нее сорок рублей. Лариса от денег отказалась совсем; начали спорить. Наконец Зина примирила всех. Сказав, что со стороны Ларисы, конечно, благородно отказываться от денег, но нужно помнить о самолюбии и гордости других.

«Двадцать пять рублей – и все по чести», – закончила Зина. На том и согласились.

Лариса пригласила всех в свою комнату. «Надо же отметить это дело», – сказала она.

Когда налили вина, Наташа наотрез отказалась пить.

– Ну, всего одну, во-от таку-ую… – улыбнулась Лариса.

– Нет, нет, я не буду, – улыбнулась в ответ Наташа.

– Маленькую-ю… – продолжала настаивать Лариса.