До Бога – высоко. До царя – далеко

– Скажите, пожалуйста, номер вашего кабинета? – Обратился к нему Сергей Иванович. – Снаружи нумерации нет. – Попытался объяснить он, – а мне нужно в двести двадцать третий…

– Номер кабинета? – Удивленно вскинул бровь мужчина, и смачно чавкнул жвачкой. Затем картинно упер в небритую щеку три пальца и склонил на них голову, с неприкрытым интересом разглядывая посетителя.

– Ну, да. – Сергей Иванович в нетерпении взбрыкнул ногой.

– Конечно! – Вдруг радостно вскинулся хозяин кабинета, казалось, удачная идея пришла ему в голову, – я скажу Вам номер, сейчас же.

Я только займу несколько секунд Вашего времени. Раз уж зашли… Не возражаете?

– Пожалуй. – Согласился посетитель.

– Тогда здесь. – Небритый ткнул пальцем в листок, который ласково придвинул к краю стола. – Распишитесь.

– Зачем? – С улыбкой поинтересовался Сергей Иванович.

– Это за права человека в России. Вы же не против соблюдения их в нашей стране? – Он явно сделал ударение на слове «нашей».

– Не против. – Согласился Сергей Иванович и черкнул в графе «подпись». Рядом написал фамилию.

Небритый тут же потянул листок к себе, по-прежнему широко улыбаясь.

«Против кровавого режима…» – Выхватил взглядом часть заголовка Сергей Иванович.

– Стойте! Погодите. – Заговорил он, – что там, в первой строке?

– Я же сказал, это за демократию и против нарушения прав человека. – Листок исчез в ящике стола.

Нехорошая досада подкатила к горлу.

– Я бы хотел посмотреть еще раз. Мне не понятно где я расписался. – Стараясь казаться спокойным, твердо проговорил он.

– Но, я же объяснил. – Невинно захлопал глазками хозяин кабинета. – А показать не могу, там другие подписи. Закон о сохранении персональных данных запрещает. Номер кабинета двести девяносто четыре. – Небритый перестал улыбаться… – Можете продолжать свое путешествие.

Но Сергей Иванович уже разозлился.

Он плотнее уселся в кресле.

– Что за «кровавый режим»? – Вежливо, но с легкой угрозой поинтересовался он.

– О! Вы заметили? Ну, это же общие фразы… – Небритый равнодушно зачавкал жвачкой.

– То есть Вы считаете, что у нас нет демократии, и нарушаются права человека?

– Ну, как говорят по-английски: соу-соу (так себе).

– Где нарушаются?

– А Вы не видите?

– Нет.

– Вы понимаете, во главе угла всегда, в любом бизнесе стоит тематика коммуникаций.