Линия жизни. Книга вторая

Людка появилась в моей производственной деятельности давно ? в период, когда я работал главным инженером Орджоникидзевского депо.

Как-то утром, перед планёркой, Сычёв попросил меня зайти.

Перед директором, комкая в руках шапчонку, примостился на краешке стула водитель УАЗика Серёжа Бесхлебный. Да, вот такая фамилия, подчёркивающая полную бескорыстность этой семьи, а, может, лишь её части. Рядом с Сергеем, скромно потупив глазки, сидела рыженькая девица. Поскольку и сам Серёга был той же масти, я решил, что они ? родственники.

? Вот, Вадим Михалыч, ? так называл меня Сычёв, а следом за ним и всё депо, ? Серёжа привёл свою сестру. Хочет, чтоб она работала у нас: у тебя же, кажется, освобождается место?

? Ну, да, Виола Ананьева уходит: нашла работу ближе к дому. Да и зарплата выше, чем у нас в техотделе. Но на это место уже есть желающие: Прасковья Ивановна, инженер по технике безопасности, просила перевести её на должность техника.

В действительности я полагал, что виной тому не возраст, а мой непростой характер. С другой стороны, должность инженера по технике безопасности и в самом деле весьма и весьма хлопотливая.

? Вот, ? подхватил Геннадий Александрович, ? а у Людмилы Петровны, ? он ободряюще кивнул брату с сестрой, ? и образование соответствующее, и опыт работы. В «Метрострое» она работала начальником отдела кадров.

Я удивился. В то время метро в городе только начали строить. Основные кадры подтягивались со строительства ташкентского метрополитена следом за директором Семёновым. Дело было новое, перспективное. Должность – приличная. Да и зарплата, наверное, тоже. Что же у неё там не заладилось?

Ну, да всё равно нужно было подыскивать человека, а тут вопрос решается сам собой. Ладно, поработаем ? увидим.

Ждать долго не пришлось. Вскоре я понял, что всему виной – неспокойный характер моей новой подчинённой.

Дело в том, что Людка была, да и остаётся, родственницей Жданова, пусть и дальней. Да-да, того самого Андрея Александровича Жданова, первого секретаря Ленинградского обкома ВКПб, который долгое время был главным идеологом советского государства, другом Сталина, "бомбил" Ахматову и Зощенко.