Санкт-Петебург – вид сверху

Вешаешь сидуху на крюк, размещаешься в ней, надеваешь монтажный пояс, и опять – вперед на стены. В одной руке пульт, в другой – пистолет от краскораспылителя. Возишь сам себя. Какой же русский не любит быстрой езды?

С точки зрения техники безопасности, этот способ, конечно, не выдерживает критики. При движении можно зацепиться тросом за какое-нибудь препятствие – последствия непредсказуемы. Однажды у меня залипла кнопка пульта, и я не мог остановить движения. Если попадешь факелом краски от распылителя на троллеи с высоким напряжением, проходящие рядом с подкрановыми путями, тоже мало не покажется.

Начальство наши трюки знает, но закрывает на них глаза. Нас использовать намного выгоднее, чем строить дорогостоящие леса. Высотники ведь, куда угодно залезут.

Водителей автомобилей погибает намного больше, чем всяких промальпов, но их работа регламентирована. У нас же, после несчастных случаев, во время разборок с милицией, начальство в объяснительных записках несет такую ахинею, призывая на помощь свою фантазию, что и вспоминать не хочется.

Якобы мы по ошибке или собственной инициативе полезли на высоту. Курам на смех. И все это приходится подписывать.

26 февраля 2011 года

Снег падает медленно-медленно. Отдельные снежинки можно пересчитать по пальцам. Три дня светило солнце, ночью – яркие звезды. Это значит, что в ближайшее время погода не изменится. Мы с Саней чистим козырек над входом в корпус. Под нами девушка, вся из себя, косметика – блеск, и все такое прочее.

Хочет войти в здание. Опираемся на лопаты, склоняемся в приглашающих поклонах: пожалуйста!

Девушка, придерживая накинутую шубку, пробегает. Сверху видно, как она втягивает голову и напряженно сводит плечи, словно ждет снежка за шкирку или белой россыпи на голову.

– Осторожно, – говорю напарнику. – Посматривай вниз, вдруг кто-нибудь из дверей пойдет.

– Ничего страшного, – беззаботно отвечает Саня, – снегом никого не убьешь.

– Но прическу испортить можно.

– Если бы я так думал, не познакомился с будущей женой.

– Это как?

…Дело было в далеком 1994-м на углу Малого проспекта и десятой линии Васильевского острова. Сашка, совсем еще молодой, шкурил наждачной бумагой фасад над парадной. Делал он свою работу с упоением – поскрипывал лесами, смахивал ладонью мучнистую пыль шпаклевки, отходил назад, любовался матовой гладкостью стены, склонял голову то влево, то вправо. Из созерцания ремонтного шедевра его вывел возмущенный возглас.