На крючке

Редактор сказал, что материал не напечатают, но в их холдинге мною заинтересовались и «приглашают на работу».

Если первая новость меня не удивила, так как я уже получил до этого несколько отказов, то от последней – отвисла челюсть. От таких предложений, тем более на первом курсе, нельзя отказываться, и я поспешил отметить его, допив оставшийся виски. Под вечер, когда протрезвел, меня вновь затошнило, и в груди набух камень, а из глаз стали капать слезы. Я подумал: «Мне не нужна работа в государственном издании.

Мне нужна девушка». Когда рассказал о своих переживаниях по поводу Алины матери и Паше, они оба посоветовали просто пообщаться с ней «как с другом». Долго не решался ей написать, но, когда стало совсем невыносимо, все же зашел в диалог.

За день перед этим Алина попросила сбросить фото моей контрольной по русскому, и когда я выполнил ее просьбу, отправила несколько синих сердечек. Конечно, у баб есть привычка швыряться этими смайликами направо и налево, и в этом не было никакого дополнительного смысла, но, уже заглотив крючок влюбленности, я хватался за любые знаки, говорившие о возможности чувств.

Поэтому я спросил, не издевается ли она.

– Это любовь к самому интеллектуальному одногруппнику! – ответила Алина.

– Точно, издеваешься, – подметил я, и это сообщение висело последним.

Она была онлайн. Я написал:

– Слушай, я не всегда такой серьезный и грубый. Мне просто плохо было на первой паре, так что извини, если с утра буркнул чего-то.

– Ой, это так мило.

А я даже не помню, когда ты чего буркал на меня. Ты про что? – спросила она.

– Ты сказала, что я «серьезный», ну а я что-то буркнул в ответ. Просто ты в очерке тогда написала, что характер у меня «жесткий», и я не хочу, чтобы ты думала, что я только такой вот, – ответил я.

– Ну и забыли, – подытожила Алина и поставила улыбающийся смайлик. – Ты жесткий, на первый взгляд, но ты хороший человек. И добрый. Я написала общее представление в тексте, а свое отношение не стала включать.

Было бы лирично, и писать много.

– А что именно ты бы написала? – поинтересовался я.

– То, что ты еще и хороший, – приятно удивила меня Алина.

В этот момент в комнату зашла мама и спросила, не хочу ли я ужинать. Я наорал на нее и резко хлопнул дверью. «Ты злой и жестокий человек! Совсем как твой отец», – крикнула она через дверь.

Так какой же я, на самом деле?

– Спасибо, – поблагодарил я Алину. – Если тебе интересно, то я тоже считаю тебя хорошей.