Румынские сказки и легенды

Все это она отдала юноше со словами: “Посади эти две ветки в больших ящиках, землю копай этой лопатой, поливай их из этой лейки, вытирай их этой шелковой вуалью. Когда вырастут они до трех футов, скажи каждой в отдельности “Прекрасные лавры, я окапывал вас золотой лопаткой, поливал из золотой лейки, вытирал шелковой вуалью”. После того, как ты это скажешь, все, что ни пожелаешь – исполнится”. Когда Йоника проснулся и увидел две лавровые ветки и все остальное на столе, он упал на колени, чтобы поблагодарить добрую фею.

Кустарники росли быстро и когда они достигли нужной высоты, он пошел к лавру цвета черешни и сказал: “прекрасный лавр цвета черешни, я окапывал тебя золотой лопаткой, я поливал тебя из золотой лейки, вытирал тебя шелковой вуалью, в замен дай мне дар становиться невидимым, когда я захочу”.

Тот час он увидел, что на лавре появился красивый белый цветок. Юноша сорвал его, вставил в петлицу и тут же стал невидимым.

Когда пришла ночь, принцессы ушли к себе в спальню, а Йоника босиком, чтобы не шуметь, проскользнул за ними и спрятался под одной из двенадцати кроватей.

А принцессы вместо того, чтобы готовиться ко сну, открыли гардероб и взяли свои самые шикарные платья и драгоценности. Помогая друг другу, они великолепно оделись. Йоника ничего не видел из своего укрытия, но слышал, как они смеялись и весело танцевали. Старшая сестра, которая, похоже, имела над ними власть, поторапливала девушек постоянно восклицая: “Быстрее, сестры, наши кавалеры умирают от нетерпения”.

Они встали одна за дугой, а старшая, которая была впереди, три раза по-особенному стукнула по стене. Открылась довольно незаметная дверь, и принцессы исчезли.

Йоника бесшумно последовал за ними, но неосторожно наступил на шлейф принцессы Лины.

– За мной кто-то есть, – вскрикнула она, – кто-то наступил мне на шлейф.

Старшая сестра быстро оглянулась, но никого не увидев воскликнула, – Лина, ты такая глупенькая, ты должно быть зацепилась им за гвоздь.

Двенадцать дочерей Императора спускались все ниже и ниже, пока не дошли до подземного хода в конце которого была железная дверь, закрытая на тяжелый засов.