Моя прекрасная Дылда

Я настороженно воспринял, что мама Наташи называет себя хранителем. Навел справки в Небесном архиве и вскоре понял, что под этим словом она подразумевает охранника, если сказать точнее – его помощницу.

А еще Валентина Владимировна мыла в музее пол. Часто жаловалась кому-то по телефону, что у нее руки трескаются из-за дешевых химикатов, и не любила убираться дома. Говорила: «Мне на работе хватает».

Однажды я расслышал в трубке ворчливый женский голос, который озадачил Валентину Владимировну предстоящей работой:

– Начальство завтра приезжает.

Приходи пораньше! Придется повторно вымыть полы в коридорах, до блеска натереть все лестницы. Тебе повезло еще, что к залам не относишься. Любке и Надьке поручено все экспонаты привести в порядок.

После безразличного согласия Валентины Владимировны голос повеселел и продолжил:

– Они на полдня всего. Как уедут, мы приберемся и отметим это дело.

– Я завязала.

– Ну да! Завязала она. Какой раз-то? Дело, конечно, твое, но мы ж, как всегда, по чуть-чуть и разойдемся.

– Мне дочку после шести забирать.

– Успеешь, чего ты? Если что, напомнят, позвонят на наш стационарный.

И Валентине Владимировне, действительно, напоминали. Детей, которые ходили в садик вместе с Наташей, забирали до 18:10. Наташа же нередко оставалась в группе дольше остальных. Воспитательница ждала до 18:40 и, если мама Наташи не приходила, просила нянечку позвонить в музей.

– Валентина Владимировна, – щебетала та в трубку, – всех деток уже забрали, осталась только Наташенька.

В один из дней ни нянечке, ни воспитательнице не удалось дозвониться до Валентины Владимировны. То ли она не слышала звонка, то ли с музейным телефоном случились какие-то неполадки.

– Пойдем ко мне в гости, Наташа! – позвала девочку воспитательница. – Мама твоя задерживается, а сад скоро закроют. Подождем ее у меня дома.

Я чувствовал, что Наташа любит Веру Ивановну – свою воспитательницу. Но, очутившись в ее квартире, моя девочка подумала: «А вдруг мама никогда не придет!» Именно эту ее мысль я впервые услышал отчетливо.

Ощутил Наташин страх и отчаяние, хотя внешне малышка казалась спокойной. Расплакалась, лишь когда увидела за окном темноту. Не хотела засыпать в чужом доме!

Весь вечер Вера Ивановна старалась развлекать мою девочку как могла. И мультики включила, и за игрушками к соседям сбегала, и пышек напекла, позволив Наташе вдоволь наиграться с мукой.