В тени московского мэра

Дежурные офицеры были расслаблены, генерала никто не ждал, но по его виду сразу стало понятно – что-то случилось, и сейчас все не только узнают это, но за это же и получат. Пройдя несколько шагов к столу, генерал боковым зрением заметил фигуру в углу и резко остановился.

– А это еще…

Фигура эта, дремлющий Аркадий, должна была стать первой жертвой генеральского гнева. Офицеры напряглись – вот и лишний повод для разборок. Аркадий почувствовал, что сейчас, в лучшем случае, будет с позором изгнан из теплой палатки, с территории и вообще отовсюду… На реакцию были доли секунды.

– Здравия желаю, товарищ генерал!

От такого приветствия гражданского генерал несколько опешил. Он не знал Аркадия, но они пересекались на разных мероприятиях в мэрии, и лицо журналиста было ему знакомо. Знакомое лицо и бравая выправка успокоили: значит, не чужой.

– Хорошо, – генерал махнул рукой в сторону Аркадия и направился к дежурным.

– Вы что тут у меня…

Аркадий не стал ждать продолжения и, несмотря на тяжелую, сковывающую движения зимнюю одежду, ловко пробрался между стульев и выскользнул на морозный воздух. Отошел за палатку, закурил…

* * *

Политические новости на экране сменились спортивными: замелькали футбольные поля, лица игроков и тренеров. Разговор за столом становился все громче. Девушки рассказывали Алексею какую-то смешную историю про него же самого, которую он упорно не хотел вспоминать.

– Да признайся! – почти кричала Яна. – Что ты все выкручиваешься! Все тебе уже говорят!

– Да не разбивал я этот плафон, что вы ко мне пристали!

– Леха, да не спорь, я тоже помню, – поддержал девушек Игорь. – Ты сумкой его задел…

– Как я мог сумкой задеть, когда он выше моей головы висел? – защищался Алексей.

– Вот видишь, видишь! Помнишь про плафон-то! – уцепилась Янка.

– Ты так махал! – смеялся Игорь.

– А зачем я ей махал…

На экране мелькнул большой стадион, и Аркадий, не пытавшийся уличить Алексея в уничтожении плафона, потому что прекрасно знал, от кого тот отмахивался сумкой, вспомнил, как Лужков мечтал стать основателем молодежных олимпийских игр.

Юрий Михайлович всегда тяготел к масштабным проектам и любил спорт. Проведение первых в истории юношеских олимпийских игр должно было привлечь внимание к Москве и, естественно, к ее мэру не только российской, но и мировой общественности.