О чем ты молчишь?

– Оригинально…

– Не жалуюсь на свою социофобию! – задорно ответила она, сделав глоток воды. На самом деле она заприметила цепочку Бена и её снова настигла тошнота. Определенно, дело было не только в цепочке, но и в том, что до того, как превратиться из милой принцессы в стерву, Амелию запирали в туалете и стаскивали с неё одежду. Собственно, чему потом удивляться?

– Давай-ка обсудим случившееся… – чуть было не начала Сара, но её прервал внезапно раздавшийся телефонный звонок, – извини, Амелия, это Чейс.

– Кстати, где он?

Пытаясь вслушаться в разговор Амелия в буквальном смысле, не дышала. Однако Сара говорила так странно, односложно «угу», «конечно», «поняла» и всё в таком стиле. Сделать конкретные выводы, естественно, не получилось.

– На чём мы остановились? – растерянно спросила Сара.

– Я спросила, где Чейс?

– Амелия… Он в клинике. Не хотел тебя беспокоить…

– То есть?

– Ничего серьезного, – устало пробормотала психотерапевт, – перелом ключицы, с операциями точно покончено, осталась реабилитация.

– Боже… Как это произошло? Почему он не позвонил мне? – оторопело вторила она, точно сама не могла поверить в услышанное.

– Вот что… Я напишу тебе адрес, и ты съездишь к Чейсу, навести его, он может и гордый парень, но определенно будет тебе рад. Договорились?

– Да, ладно…

– А теперь перейдем к тому, что действительно имеет значение в данный момент времени. Ты попрощалась с ним?

– Нет, – незамедлительно ответила Амелия.

– Можешь сказать почему?

– Это не мой праздник жизни… – кажется эта фраза входит в привычный обиход.

– Что ты имеешь в виду, Амелия?

– Не я должна его оплакивать. Пускай это делают родственники, невеста и Бог еще знает кто! – к концу своего предложения Амелия внезапно повысила голос на столько, что это могло сойти за крик.

– Не жалеешь об этом?

– Странно, но нет… Многие дни я провела в самой большой церкви Сиднея.

– Какие эмоции ты испытывала, находясь там?

– Ровным счетом ничего. Тошнота считается? В юности мне казалось, что, наверное, я люблю его, но я ошибалась… По-своему, конечно, да, но по факту… Я была лошадью, загнанной в вольер, которой нужно было бегать целыми днями по кругу лишь бы не сойти с ума! Я сожалею, что отняла у него эти годы.