Про всё. Сборник рассказов

Ничто не важно – только чувства, которые я испытывала, глядя в его глаза. Ой, как-то по-книжному получается. В стиле Даниэлы Стил. Но как же еще словами, к тому же на бумаге, объяснить своё состояние?

Я летала, парила, я была отдельно от своего тела. И мысли – откуда их так много? – перебивали друг друга. Кругом люди, много людей. А я выше всей этой суеты. Выше надувных кругов и зверюшек. Выше родителей, которые пытаются выманить своих чад из теплого моря. Даже выше всех влюбленных, а их на пляже было немало. Нет, я не превратилась в чайку (опять смеюсь, но вы этого не видите, уж больно чайки пронзительно кричат, больше на детский плач похоже).

Плакать мне не хотелось – даже от счастья. Но довольно лирики. Он принес меня в пансионат, в котором мы остановились. И разговоры на этом не закончились. Мы пили чай, пока уже не стали слишком часто посещать общественное место (а как вы хотели? глупо как-то только разговаривать, вот и чай, как палочка-выручалочка для всех влюбленных). Ой – я написала «влюбленных». С другой стороны, я ведь уже несколько часов смотрела на Него, а значит – это всё равно не любовь с первого взгляда? Вы согласны со мной?

Тот вечер, конечно же, закончился расставанием. Но я знала, что увижу Его завтра. И увидела… Но об этом – в следующем письме. Честно говоря, очень устала рука.

Если Вас, Артём, не затруднит, поставьте, пожалуйста, Sting «Rise and fall». Большое спасибо. С уважением, Ваша Саша Королькова»

– Артём, ты в курсе, что твоя речь в завершающем блоке? – пробегая мимо, поинтересовалась Алёна.

– Сказали уже. Знаю. Алён, а когда мы вызываем на сцену самых выдающихся радиослушателей? До или после выступления мэра?

Алёна выразительно посмотрела на записку, которую когда-то прикрепил Артём «Письма от Корольковой Саши оставляйте, пожалуйста, мне, в эфире не используйте. Сухорецкий» и сказала:

– Можешь уже снять писульку – все в курсе. И никто письма от твоей драгоценной Саши Корольковой читать в эфире не собирается. А что касается времени выхода радиослушателей, об этом я тебе, дорогой мой, сообщу персонально!

Артём показал Алёне язык.

– Во-во – до чего человека письма довели! Деградирует! Кстати, со всех ведущих требуют список этих выдающихся радиослушателей. У тебя, кроме Корольковой, имеется хоть кто-то? – в тоне Алёны не просто сквозил, а трубил во все колокола сарказм.

– Ты, конечно, удивишься, но я тебе отвечу «Да!», – парировал Сухорецкий.

– Тогда список мне на стол.