Фигня (сборник)

Когда Ивана раздели до синих сатиновых трусов, выяснилось, что он мог бы рассчитывать на пять баллов по боди. Крепкий был мужик, из Рязанской области.

Кроме трусов, на нем остались черные носки, что придавало Ивану особенно боевой вид.

Соперников свели в центре, они пожали друг другу руки. Бузатти смотрел на Ивана сверху, как на таракана, выползшего неизвестно откуда. С удивлением и некоторой настороженностью.

Ударил гонг. Бузатти растопырил ручищи и двинулся на Ивана, издавая истошный вопль:

– А-аа!

– Хуй на-аа! – звонко закричал Иван и, быстро обежав соперника, сунул ему ногой в носке промеж лопаток.

Публика зааплодировала. Это была какая-то новая тактика.

Бузатти повернулся к Ивану с некоторым недоумением. Комариный укус носка он не ощутил. Увидев соперника, он поднял кулак и занес его над головою Ивана с явным намерением опустить на темя, но Иван, уклонившись от этого предложения, схватил просвистевший в воздухе кулак Бузатти и мигом вывернул гиганту руку за спину по своей старой милицейской привычке.

Итальянец согнулся, и тут Ваня залепил ему черным носком в морду. Не опасно, но обидно.

Бузатти запыхтел, стараясь вырваться. Ему удалось другой рукой дотянуться до шеи Ивана, и он принялся ее ломать одними пальцами. Слышался хруст сдвигаемых позвонков.

Ольга была бледна. Она не переставая щелкала «Минолтой», помня о профессиональном долге, а скорее чисто автоматически и шептала только:

– Держись, Ванечка… Держись…

Ивану удалось освободить шею, но и Бузатти вырвал свою руку.

Гигант явно проигрывал в ловкости. Едва он начинал грозное движение, как Иван тут же оказывался у него за спиной, успевая влепить Бузатти удар по заднице или ребрам. Итальянцу это было как слону дробина, мышц для защиты хватало, но самолюбие его явно было задето.

Наконец ему удалось поймать Ивана за руку. Он притянул его к себе, обнял обеими руками и стал нежно душить, прижимая к своему животу. Иван потерялся в его ручищах, торчала лишь его голова, как тогда из рулона рубероида.

– Все. Финита ля комедия, – проговорил Вадим.

И тут в зале раздался истошный Ольгин вопль:

– По яйцам его, Ванечка! По яйцам!

Иван резко двинул коленом в пах Бузатти. Тот неожиданно завизжал и завертелся на ринге от боли.