Кавказская любовь

Она знала код от домофона, но никогда не заходила сама использовав его. Миновав огромные железные ворота перед Шамсият открылся двухэтажный дом с облицовкой цвета персика. Он был намного больше чем их дом. Девушка обратила внимание, что машина дяди Мансура во дворе, а значит – он дома.

Тетя сразу заметила потерянный, бледный вид племянницы и это ее напугало. Она пригласила девушку на кухню, налила чай и села рядом отложив мытье посуды которым занималась до прихода девушки.

– Случилось что-то? Ты кажешься такой взволнованной.

На кухне было уютно, и как всегда пахло чем-то печеным.

– Тетя Хадижат, вот ты живешь в Махачкале уже давно… скажите мне: я одеваюсь слишком плохо и дешево по городским меркам?

– Нет. Ты одеваешься нормально. А в чем дело?

– Мне сегодня подружка сказала, что в университете все обсуждают мою одежду.

– Милая, – тетя облегченно вздохнула, – запомни, если тебя обсуждают, значит ты интересная и яркая личность. И не так важно, кто-что говорит насчет твоей одежды, главное, что тебе удобно в ней.

– Правда?

– Конечно правда. Сейчас такое время, что люди одевают кто-что хочет: кто-то хиджаб, кто-то открытые топики и мини-юбки… Сейчас такая свобода в одежде, что рядом идут две девушки, одна в деловом костюме на западный манер, а другая в длинном широком платье – на восточный. И это абсолютно нормально.

– А мне сказали, что моя одежда слишком дешевая и простая.

– А что в этом плохого, если тебе в ней удобно? Если твоя одежда не грязная и не порванная, какая разница, сколько она стоит?

Тетя Хадижат хоть была уже немолодая, 43 года, но оставалась модной, красивой и ухоженной женщиной.

Шамсият успокоили ее слова, она ей верила и доверяла. Со спокойной душой девушка пришла домой и решила, что она на правильном пути: не стоит покупать дорогую одежду, если кроме дороговизны больше ничем существенным не отличается от более дешевой. А вот то, что дорогая одежда может послужить намного дольше, не было аргументом для девушки, так как она и так не планировала долго носить вещь, а дарить было некому, поношенную никто уже одевать не будет. Вот Айшат, уже требует у родителей новую, отказывается донашивать за сестрами.

Придя домой оказалось, что Разита уже пришла.

– Ты где так поздно ходишь? – «набросилась» та на сестру. – Вот собиралась к тебе звонить.

– К тете Хадижат ходила, а что?

– Ничего. Просто я испугалась, когда тебя дома не нашла. Ты же обычно звонишь и предупреждаешь если задерживаешься где-то.