Капитан Капитонов

– Гриня, тра-та-та-та-та-та-та, – раздался в трубке трёхэтажный мат, – ты что ль?

– Простите, это не Гриня, – отвечает интеллигентно Ронькин. – Это писатель Ронькин.

– Да пошёл ты…

– Вот и думаю я, лёжа в ванне… – уже с некоторым раздражением говорит адмиральша.

Но и на сей раз Ронькину не удалось узнать, о чём же думала адмиральша, лёжа в ванне, потому что послышались шаги и злобное бормотание.

– Ой, кто там? – испугался Ронькин.

– Не бойся, суслик, – сказала адмиральша. – Это Коля.

– Какой Коля?

– Муж мой умерший.

Адмирал. Душа его никак успокоиться не может. Знаешь, сколько он матросиков утопил, когда флотом командовал? Тыщ несколько. Вот теперь каждый день сюда с кладбища и таскается.

– Душно мне! – взвыл покойник. – Жжёт изнутри! Жжёт!

– А ты, Колюша, поди на кухню, водички попей! – крикнула адмиральша. – Всё легче станет!

Дверь в спальню отворилась, и вошёл мертвец.

– Это кто? – упёрся он взглядом в Ронькина.

– А тебе не всё равно? – ответила адмиральша.

 – Ты ж концы отдал.

– Я спрашиваю – кто это?! – заорал покойник.

Ронькин забормотал сбивчиво:

– Я, видите ли, писатель Ронькин. И здесь отнюдь не в качестве любовника вашей жены… э-э… то есть вдовы. Я, так сказать, набираюсь жизненных впечатлений. Чтобы впоследствии создавать новые произведения на радость вам, читателям.

Покойный адмирал лоб наморщил.

– Погоди-ка… погоди-ка… Ронькин… Ронькин… Это же ты написал про Василия, который говорит своей невесте: «Чё-то ты, Ириша, больно мелкая.

Боюсь, у нас ничего не получится». А она ему в ответ: «Не боись, Васенька, у меня там ведро со свистом пролетает».

– Да, это мой рассказ, – с достоинством подтвердил Ронькин.

– Ну ладно уж, Катерина, с этим можешь, – разрешил покойник. – Пускай набирается впечатлений… Но ежели ещё с кем накрою! – взорвался мертвец. – Тогда пеняй на себя! Шкуру спущу, голой в Африку пущу!.. Я мёртвый, мне ничего за это не будет.

– Ой, ой, раздухарился, – сказала адмиральша. – Шёл бы ты, Коля, к себе на кладбище.

Вон уж третий петух прокукарекал, а ты всё ещё здесь торчишь.

Адмирал встрепенулся.

– А?! Правда прокукарекал?!

И бросился к двери.

Неизвестно, успел ли он там – на кладбище – в свой гроб залезть. Но Ронькин на Катерину залезть успел.

– Постой, суслик, – остановила его в последний момент адмиральша. – Хочу тебя предупредить кой о чём. Чтоб меня потом совесть не мучила. Рискуешь ты очень.

Конец ознакомительного фрагмента.