Трюфельный пес королевы Джованны

Сняв сапоги и сунув ноги в выстывшую валеную обувь, она сразу несколько раз подряд чихнула. А ее уже вели в кухню, куда, по деревенскому обычаю, выходили сени.

Здесь было почти темно. Настольная жестяная лампа, горевшая на тумбочке в углу, почти не освещала большого помещения. Облицованная кафелем высокая печь вовсю топилась, в приоткрытом поддувале метались красные блики пляшущего в топке огня. Легонько постреливали отсыревшие дрова, на чугунной плите шипели капли воды, сочащиеся по бокам огромной кастрюли.

Хозяйка, подойдя к печи, сдвинула кастрюлю в сторону. На миг из открытой конфорки вырвался язык оранжевого пламени и тут же с треском исчез, придавленный широким закопченным днищем поставленного сверху чайника.

– Баллон не привезли, вот, пока все на печи грею, – объяснила она, с приветливой улыбкой оборачиваясь к гостям. – Сейчас Павла разбужу. Он лекарство принял…

– Если он спит, не надо… – Марина явно почувствовала себя неловко, хотя и пыталась держаться уверенно. – Мы приедем в другой раз.

Я не догадалась позвонить перед выездом, предупредить… Спешила. Уж ты нас прости!

Александра вопросительно взглянула на нее, но приятельница этого как будто не заметила. Впрочем, Марина не выглядела чересчур смущенной и извинялась скорее для проформы. Художница, напротив, не знала, куда девать глаза. Ей все казалось, что они явились некстати. Но внезапно, поймав теплый, приветливый взгляд хозяйки, она осмелела и решилась заговорить:

– Я и не знала, что вы с супругом живете здесь.

Трудно было предположить! Я помню, говорили, будто у Птенцова квартира на Ильинке…

– А мы не супруги, – с добродушной улыбкой ответила Елена. – Я его хозяйка, полдома ему сдаю.

– А квартира на Ильинке и в самом деле существует, – вмешалась Марина, стоявшая у печи и гревшая руки, прижав их к кафельным плиткам. – Там история, с квартирой этой. Две комнаты, с его вещами, заперты. В двух других живет его дочь с мужем и детьми. Это у нее уже второй муж. А еще одну комнату ее первый супруг присвоил, умудрился в свое время попасть в договор о приватизации и какие-то права на эти метры имеет… Хотя жить ему там, понятное дело, не удобно…

– Квартира стала коммунальной, – кивнула Елена, и ее полное приятное лицо омрачилось.

 – Павел уже и расстраиваться устал. С тех пор как его жена умерла, дочь творит что хочет. Он старается не вникать.

– Тем более тут, у тебя, ему куда лучше! – произнесла Марина, водя ладонями по кафельному боку печи.