Все возрасты любви покорны

За этой девятиэтажкой проходила широкая прямая улица, полная людей и автомобилей. А здесь, во дворе, было грязно и тихо. «Сыро и гадко, красота!» – так он выразился бы «на публику». Острить для самого себя казалось глупо.

Посреди двора была разбита детская площадка с качелями и песочницей. На расписанном грубыми мазками красно-желтом грибке над песочницей сидели воробьи. При появлении Витьки они шумной стайкой взвились в небо. А из подъезда напротив вышла Ледяная принцесса. Так Витька окрестил про себя эту неприступно-надменную девчонку с длинными льняными волосами, которую иногда встречал, возвращаясь из школы.

Она проходила мимо, не поднимая глаз, а он злился от ее нежелания признать его видимым и достойным ее внимания. При встречах Витька старательно делал равнодушно-волевое лицо, небрежно сплевывал сквозь зубы и не уступал дороги прохожим. Все было напрасно. Ледяная принцесса не замечала его.

Сегодня ее гордый вид вызвал у Витьки еще большее, чем обычно, раздражение. А когда она, проводив взглядом воробьев, перелетевших на чахлое дерево неподалеку, вновь обошла Витьку, словно фонарный столб, он твердо решил пойти вечером к Сеньке на вечеринку.

Назло Ледяной принцессе.

Витька пришел с опозданием, все уже были в сборе. Дверь ему открыл сам Сенька. Радостно улыбаясь, он закричал:

– Поздний гость – радость в дом! – И пояснил девушке с крашеной седой прядью в темных, коротко стриженых волосах, которая выглянула в прихожую из комнаты и с любопытством, словно он был музейный экспонат, рассматривала Витьку: – Это, Мариночка, народная татарская пословица.

Девушка, насмешливо сверкнув из-под челки глазками, ответила:

– Тогда русский вариант этой пословицы будет звучать так: поздний гость – хуже татарина.

Все засмеялись. Сенька с гордостью посмотрел на друга. Провожая его в комнату, шепнул:

– Не завидуй, старик! Но эта – моя. А тебя познакомлю с другой девочкой. Тоже высший класс!

Войдя в комнату, он громко, перекрикивая шум, позвал:

– Наташа!

Из стайки девчонок, рассматривающих большой фотоплакат на стене с изображением какого-то зарубежного поп-идола во всей его лохматости, выпорхнула одна, рыжеволосая, в короткой джинсовой юбке и такой же курточке, одетой на майку с вызывающей надписью «Вот так выглядит самая лучшая девушка в мире».

Глядя на ее быстро приближающиеся полные ноги, Витька ощутил обычное чувство неловкости, которое у него возникало при мыслях о девчонках. Но отступать было поздно и некуда.