Легенда о Кудеяре

Но когда мы обнаружим доподлинно, что там ничего такого нет, то и развеем эти странные средневековые истории. Суровая, простая истина нам, вестимо, драгоценнее живописных фантазмов.

– Истинная правда, – кивает Кондрат Кузьмич. – Озеро надо высушить и покончить с безрассудком. Я это всегда говорил, как сейчас помню. И светской кобылице Лоле я это тоже выразил.

– Очень кстати о ее оригинальном супруге. Он, конечно, возьмет на прицел преобразование озера в целительный курорт и сделает на нем свою предвыборную репутацию.

– Они не поверят, – говорит Кондрат Кузьмич. – Уж я их знаю, подлецов.

– Сыграйте на безрассудке, – отвечает иноземный советник. – Объявите, что хотите из патриотической политики поднять со дна утопленный город. А для страхования замысла сделаем вот что. Разрешим немного непослушания.

– Э… – возражает Кондрат Кузьмич.

– Для виду, – объясняет ему господин Дварфинк, – и для управления ситуацией. Вашей крепкой руке послабления от этого не будет, а наоборот. Организуем группу патриотических бритых голов, они будут орать лозунги против вас, в защиту дивного озера и устраивать погромы иноплеменцев. Их бесчинства вызовут недовольство среди разумных кудеярцев и дадут козыри вашей крепкой руке, а вкупе и нашему замыслу.

– Умно, – согласился Кондрат Кузьмич и расцвел, полез обниматься с господином советником.

– К вашим услугам, – вежливо отвечает ему господин Дварфинк. – Но надо продумать план. Высушивание озера я, так и быть, беру на себя, а ваше дело – бритые головы. Наберите и подучите. Да найдите для них хорошего вожака, чтобы ел у вас из рук и команду «к ноге» знал твердо. У вас есть на глазу такой человек?

Тут в совещательный кабинет вносится подруга дней суровых Кондрат Кузьмича, грудастая Мора Кик и, белыми волосами размахнув, говорит:

– У меня есть на глазу такой человек.

Господин Дварфинк дымом из трубки поперхнулся от произведенной резкости, а Кондрат Кузьмич укоризно головой качает.

– Подслушивала? – недовольно спрашивает. – Здесь сурьезный государственный разговор, а ты, милочка, вносишься, резкость наводишь.

– А имею право, – отвечает она гордо, вскинувшись.