Музейная крыса

Гость оглянулся – чтобы понять, не слышит ли кто их разговор, сообразил Андрей, – но на площадке никого не было, и он пропустил мужчину в квартиру, провел его в гостиную и теперь уже по-русски позвал мать, которая курила на кухне, разговаривая при этом по телефону с моим отцом.

– Мама, к нам пришли! – сообщил он Агате.

Агата, сославшись на визит соседки, закончила разговор с братом, прошла в гостиную и протянула руки навстречу гостю. Он прикоснулся губами к ее щекам, улыбнулся мальчику, и тут старавшаяся сохранить спокойствие Агата предложила всем выпить чаю, после чего направилась на кухню, на секунду задержавшись перед большим зеркалом.

– Отчего ты в таком большом плаще, совсем тебе не по размеру? – спросила Агата.

– Я купил его в Швеции с определенной целью, – пояснил гость.

Оказалось, что, готовясь сойти на берег, Анри разместил под плащом несколько пакетов, для чего заранее вшил в подкладку плаща специальные крючки, на которые накидывалась бечевка. Рассказав об этом, он скинул с себя плащ, повесил его на вешалку в прихожей и извлек из него два перевязанных бечевкой бумажных пакета, прикрепленных под мышками с обеих сторон.

Затем гость прошел вместе с Андреем в гостиную, где положил пакеты на стол, достал карманный нож, разрезал бечевку и развернул толстую оберточную бумагу. В пакетах оказались альбомы с репродукциями картин из Люксембургского дворца и фотографиями Парижа. Альбомы Андре протянул мальчику, сказав:

– Я слышал, ты неплохо рисуешь да еще и пишешь стихи.

– Стихи уже не пишу, но я рисую, – подтвердил Андрей, принимая альбомы.

– Давай я покажу тебе то, что мне нравится, – предложил ему Анри.

– А тебе нравится не все? – удивленно спросил его мальчик.

– А разве бывает так, чтобы все нравилось? – переспросил в свою очередь Анри.

– Не знаю, может быть.

– Ну да, все может быть, только так бывает крайне редко, – со вздохом заметил мужчина.

Появилась Агата, и гость протянул ей темную сафьяновую коробочку с серьгами, достав ее из внутреннего кармана темно-серого пиджака.

Агата примерила серьги у зеркала и, воскликнув «C’est magnifique!»[4 - Это красиво! (франц.)], поцеловала Анри, вернее слегка коснулась губами его щеки, после чего позвала Анри и сына на кухню, где уже был сервирован стол к чаю.

На кухне они разговорились. Анри хотелось расспросить ее обо всем, и он спрашивал, выслушивал Агату, бросал взгляд на Андрея и снова спрашивал ее о том, что было ему не очень понятно.