Страшная Эдда

Заправив за уши растрепавшиеся волосы, Брюн что-то сказала одному из них, и тотчас же ей передали ковш. Глотнув и переведя дух, она устремилась по залу в сторону Сигурда и Хёгни.

Со сложенными крыльями она подбежала к Сигурду.

– Ну как я в этот раз? – поинтересовалась она, наклонившись к нему. Хёгни против воли прикрыл лицо ладонью. Что она скажет, когда узнает его?

– Ты же знаешь, – сказал Сигурд, в голосе которого появилось смущение от собственной нежности. – Ты всегда лучше всех.

– А это кто с тобой? Кто-то новый? Я его тут раньше не видела.

– Хёгни, убери руки, – повернулся к нему Сигурд. – Не будешь же ты так и сидеть, закрывшись, как Тор в стране великанов?

Хёгни смотрел сквозь растопыренные пальцы на Брюн. Валькирия смеялась.

– Так это наш Хёгни! – воскликнула она. – Да опусти же руки, бесполезно притворяться. Никто тебя не съест.

Хёгни сдался. Брюн с любопытством оглядела его.

– А кудрявые волосы тебе идут, – заключила она. – Так ты гораздо лучше.

Она не сердилась на него, совсем не сердилась – и Хёгни неожиданно для себя спросил:

– А почему Сигурд не изменился? Я уверен, что он такой же, как был…

– Ну, к Сигурду что-то прибавить невозможно, – ответила Брюн, распахнув одно крыло и погладив им Сигурда.

– Опять похвалы, – укорил её он. – Всё так, но не в том смысле. Просто я никогда не принадлежал Мидгарду целиком. Во мне было что-то от Асгарда. Поэтому меня и приняли за бога, когда я впервые у вас появился.

– Ты не виноват, – горячо сказал Хёгни. – Ты не мог знать… Мы предали тебя.

Кто это – «мы»? Что за тревога расшевелилась где-то в закоулках памяти Хёгни?

– Это тоже учли, – кивнул Сигурд, снова вытянувшись на серебристых шкурах. – У богов на всё свои соображения.

– Свои соображения… – повторил Хёгни. Вдруг он вспомнил. Как он мог забыть!

– Гуннар! – вскрикнул он.

Недобрая складка на миг заложилась на переносице Сигурда, но тут же разгладилась.

– Не ищи его, – просто ответил он, – его здесь нет и не будет.

– Но почему?!

Тут заговорила Брюн. Голос её звенел от напряжения – ей нелегко давались эти слова.

– Он виновен так же, как я, и гораздо больше тебя, Хёгни. Но он даже не смог искупить свою вину достойной смертью.

– Что с ним стало?

– Атли спустил его в яму со змеями.