Серапис

Младший брат принялся хвалить выращенных для него Димитрием молодых кобылиц, которых он объезжал сегодня на ипподроме, прогнав их несколько раз вокруг ниссы[19 - Нисса – каменный поворотный столб на конских ристалищах.]. В ответ на его похвалу сельский хозяин самодовольно заметил:

– Все эти лошади родились от одного отца и от прекрасных породистых маток. Я сам выездил их, и мне бы хотелось… Но почему ты не пришел сегодня поутру в конюшню.

– Я был занят, – отвечал Марк, слегка краснея.

– В таком случае поедем завтра в Никополис, и я тебе покажу, как нужно прогонять Мегеру мимо тараксиппоса[20 - Траксиппос – пугало, устанавливающееся позади стартового участка.

].

– Завтра, говоришь? – в замешательстве спросил младший брат. – Утром мне необходимо идти к священнику Евсевию, а оттуда…

– Ну, что же?

– Я должен, то есть я хотел бы…

– Чего именно?

– Во всяком случае… Мне, пожалуй, можно поехать и с тобой… Но нет, нет, это неудобно… у меня…

– Ну, что там у тебя? – с возрастающим нетерпением спросил сельский житель.

 – Мое время рассчитано, и если ты хочешь, чтобы твои вороные участвовали в бегах, то тебе необходимо знать, как следует ими править. Нам нужно выехать, когда на площади соберется народ. На ипподроме мы проведем несколько часов, оттуда зайдем обедать к Дамону, и прежде чем наступят сумерки…

– Нетнет, – возразил Марк, – именно завтра мне некогда…

– Кому нечего делать, тому постоянно некогда, – заметил Димитрий.

 – Разве завтра праздник?

– Положим, не праздник, но если бы я даже хотел…

– Если бы, если бы! – с досадой воскликнул старший брат, скрестив руки и став против Марка. – Скажи лучше прямо: «я не хочу» или «то, что я намерен делать завтра, составляет мою тайну и тебя не касается». Лучше ответить явным отказом, чем прибегать к пустым отговоркам!

Эти с жаром высказанные слова еще более усилили замешательство юноши. Он придумывал ловкий ответ, который не уклонялся бы далеко от истины, не выдавая, однако, того, что лежало у него на душе.

Между тем Димитрий, не спускавший с Марка пристального взгляда, воскликнул вдруг, весело засмеявшись:

– Клянусь рожденной из морской пены Афродитой, что здесь дело идет о любовном свидании! Женщины, женщины – везде женщины!

– Любовное свидание? – повторил Марк, отрицательно качая головой. – Нет, меня никто не ждет, но, однако… Впрочем, я не хочу тебе лгать.