Воля Донбасса (сборник)

Стекла дрожат в переполненной светом квартире,

Люстра качается, словно при землетрясенье…

Лето еще одно – от сотворения мира —

Яркие желтые листья и ветер осенний…

Город привык к ежедневной почти канонаде,

Гул в небесах приучает не вздрагивать плечи,

Трудно поверить, но здесь мне спокойней и легче,

Чем в многолюдной Москве, окольцованной МКАДом…

Там все слышнее английский, немецкий, турецкий,

Тут говорят на исконном в простуженных классах…

Только столица сейчас прорастает в Донецке,

Как и Великая Русь – прорастает в Донбассе.

Донецкий ветер

У нее на огне кастрюлька со снегом талым,

Без воды две недели, но все говорят – ненадолго,

У нее на окне подушка и одеяло,

Если что, на себя они примут стекла осколки.

За порогом война, она – все четыре года —

Бьет по южному городу гулким тяжелым градом,

И в снегу перезревшая веточка винограда —

То обстрелы собрать мешали, то непогода.

Эта песня слагалась там, где ветра певали —

Сквозь тягучие волны прошлых тысячелетий,

А сегодня земля в окопах, земля в металле,

Но над степью снова вольный гуляет ветер!

Металлический век – и в небо летят снаряды,

Беспощадный век бетона и твердой стали,

Но как прежде вьется ниточка шелкопряда,

И луга цветут, и земля рожать не устала…

У нее на столе портрет в золоченой раме,

И она на него глядит – так глядят на иконы.

У порога глубокий след – от осколка шрамы,

У войны свои рубежи и свои законы.

Но звенит эта песня там, где ветра певали —

Сквозь тягучие волны прошлых тысячелетий,

Пусть сегодня земля в окопах, земля в металле,

Но над степью – снова вольный донецкий ветер,

Вольный ветер парит под солнцем на крыльях птицы,

Вольный ветер взмывает вихрем и круговертью…

Отчего у здешних людей так прекрасны лица?

Отчего у здешних людей так красивы дети?

Владислав русанов

(Донецк)

* * *

Неидущий пути не осилит,

негорящий не будет в тепле,

а мне нравится ездить в Россию

по раздолбанной в хлам колее,

по гребёнке, накатанной танком,

по просёлку, где в пояс полынь

по шоссе, где чернеют заплатки,

прячут оспины этой войны.

Тень дубрав и берёзок курсивы,

ширь полей и пригорков венец.

Открываю я снова Россию,

как влюблённый и жадный юнец

Зачерпну я Россию горстями —

синь небес, духовитость земли,

от церквей до дворцов с крепостями,

величавость обеих столиц.