Ник и Ясмина

– А затем все повторяется, тебе становится хуже и случается что-то похуже потери сознания. – Он произносит это настолько холодно и отстраненно, что мне хочется чем-то укрыться от его стального взгляда.

– А вам можно так говорить? Я же вроде как нестабилен и все такое.

– Достаточно стабильный, чтобы поговорить со мной начистоту.

– Ага, как же. – Я фыркаю и отворачиваюсь, только бы не смотреть на его самоуверенную рожу.

– Думаю, ты и сам не понимаешь, что с тобой происходило и происходит по сей день.

Ты умный парень, Ник. Если бы мог, ты бы решил эту проблему самостоятельно. И я уверен, что ты точно не стал бы доводить себя до такого состояния. – Антон поджимает губы. – Но мы оба видим: что-то пошло не так, и ты не смог с этим справиться. Думаю, все еще не можешь.

Я молчу, у меня не находится ни единой колкости, ничего из того, чем можно парировать. Все-таки существуют фразы, окончательно вбивающие гвозди в крышку приоткрытого гроба. Он отправляет меня в нокаут, и я вполне согласен с собственным поражением.

Я потерял абсолютно все, не за что больше бороться. Единственное занятие, которое приносило радость, привело меня сюда. И ничего другого, ради чего стоило бы извиваться и сбивать руки в кровь, в моей жизни нет. Пусть меня закроют крышкой, я готов безропотно лежать здесь и дальше.

– Не хочешь рассказать, о чем ты сейчас задумался? – тихо интересуется Антон, вырывая меня из забвения, в котором я мысленно лежу глубоко под землей в деревянном гробу.

«Будь честным!» – неожиданно всплывает в моей голове. Лунара так отчаянно просила меня открыться врачу. Я судорожно сглатываю образовавшийся в горле комок и тяжело вздыхаю. Так и быть, Лу, твоя взяла.

– Думаю о том, что мое любимое хобби перестало приносить мне радость. Может, расскажешь, как так вышло? Потому что лично я ни хрена не понимаю.

– Видишь ли, твое увлечение здесь ни при чем. – Его уверенный тон меня раздражает, но любопытно узнать, что он скажет дальше. – Проблема в твоей самоидентификации.

– В моей чем? – Я делаю вид, что понятия не имею, о чем он толкует, но Антон выгибает дугой бровь и предпочитает оставить мой вопрос без ответа.

– Творчество, Ник. Оно играет важную роль в осмыслении и определении личности. Знаешь ли ты, что человек считается человеком, когда осознает свою идентичность в различных сферах?

– Я думал, что человек считается человеком, если родился человеком, а не собакой или голубем.