Своя чужая жизнь

Как тут не забеспокоиться? Она не очень хорошо знала эту женщину, но та сделала ей много хорошего и только одна она у неё осталась и не отвернулась от неё. Но сейчас Вере пришла в голову очень плохая мысль, что Екатерина Николаевна, испуганная её выходкой, посчитала её ненормальной и решила принять меры.

А что, если она в психушку её хочет сдать? Может она за врачом пошла? – думала Вера, но сразу же отогнала от себя эту бредню. – Что за глупость? У неё же есть телефон, если бы она хотела, то просто набрала номер и вызвала врача.

Вера вернулась в комнату. На полке серванта лежал тот самый конверт, Вера взяла его в руки. В памяти всплыл тот момент, когда Илья расплачивался такими же по счетам. Он держал их в сейфе и только одну носил с собой, ту на которой меньше всего денег. А остальные…да вот же они. Но, где тогда взять пин код? Он должен где-то быть записан, раз карты здесь, в этом конверте в доме тёти Кати, лежат вместе с фотографиями, может там есть и цифры.

Вера хотела начать пересматривать оборотную часть фотографий, когда её занятие прервал поворот ключа в замке.

– Тётя Катя, я так испугалась… – бросилась ей на шею Вера.

– Чего ты испугалась, Верочка?

Вера поняла, что ляпнула что-то не то.

– Одна испугалась. Я одна давно не оставалась, – соврала она, нужно же как-то выкручиваться.

– А я в магазин ходила. Смотрю, ты спишь. Будить не стала… – о вчерашнем она даже не заикнулась.

Тогда-то Вера и поняла, что проспала почти сутки. Видимо успокоительное было сильным.

Они прошли в кухню. Вера разобрала сумки, а после сели пить чай.

– Вера, тут участковый наш тобой интересовался. Я сказала падчерица. Но он обещался зайти, документы проверить, а у тебя только справка. Может время потянуть, пока паспорт не сделаешь, а то привяжется ещё.

– Не надо! Ничего страшного. И к паспорту бы придрался. Здесь уже ничего не скроешь. Вы не беспокойтесь, всё будет хорошо. Когда он обещался?

– Сегодня сказал. А ты куда-то собралась?

– Нет, сегодня побуду дома.

Тётя Катя сделала вид, что пропустила последние слова мимо ушей, хотя ей было очень обидно за то, что Вере приходиться теперь так жить в страхе и обвинениях.

Перевязку они сделали. Потом Вера помогла по хозяйству, а после взяла конверт, села на диван, и принялась за дело.