Султанчик

Не было никаких лишних деталей на зеркале – ни ароматизированных ёлочек, ни чёток, ничего. Я пристегнула ремень. Султан завел машину, и через пару секунд красная девятка направилась вверх по улице, где я минутами ранее так запоминающее прокатилась на велосипеде.

Тишина, что повисла в машине, начинала тяготить меня. К тому же, беспокойные мысли стали атаковать меня, и, не в силах более молчать, первой нарушила затянувшееся молчание.

– Спасибо, что согласился, – я посмотрела на профиль Султана. Выражение его лица было сдержанным.

В этот миг мне почему-то подумалось, что именно так смотрят хирурги, когда оперируют своих пациентов.

– Пока не за что.

Смуглые пальцы потянулись к магнитоле и нажали на кнопку. Салон автомобиля наполнился музыкой радиостанции «Наше радио». Я отвернулась. Намек понят. Помолчим.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Рядом с Султаном я почувствовала, что мне совсем нечем дышать. Что со мной происходит? Или я действительно так сильно упала? Я спешно приоткрыла окно и подставила лицо теплому ветру.

Аромат цветов и сена, запах леса и дороги наполнили мою грудь, и мне стало чуть легче.

Мелькая перед моими глазами, пролетали картинки – зеленые ели, начинающие желтеть поля, покрытая рябью, поверхность озера… А потом, во всю ширь показалось небо – величественное, необъятное. Словно кисть талантливого художника прошлась по серо-голубому небосводу, оставляя на нём причудливые цвета – бледно-розовый, сиреневый, малиновый. Чем дольше я смотрела на небо, тем больше видела его красоту.

В эти счастливые минуты я не чувствовала ни боли в пальце, ни стеснения в груди. В этот миг я была свободна.

Затем, вдали показалась заправка, и очарование начало неумолимо разрушаться. Когда Султан завернул на заправку и выключил зажигание, с его губ сорвалось холодное:

– Ничего не трогай здесь.

Я, вспыхнув, негромко ответила:

– У меня нет привычки лазить в чужих вещах.

Возможно, я немного кривила душой, потому как, если приходила к кому-то в гости, то, с позволения хозяев дома, тут же атаковала книжные шкафы и полки.

Пока взрослые вели беседу, я находилась в поиске подходящих книг.

Султан ничего не ответил. За него сказал его выразительный, пронзительный взгляд. И снова по моей коже побежали мурашки. Я обняла себя за плечи, и, конечно же, задела травмированный палец. Прикусив язык, чтобы не застонать от боли, я отвернулась.

Захлопнув дверь, мужчина направился к кассе. У меня же появилось несколько минут уединения.