Запасной выход

Лицо у Жени сделалось какое-то растерянное. Мне это доставило удовольствие, что скрывать.

– Что ты имеешь в виду под словом «друг»? – спросил он наконец.

– То же самое, что имела, когда говорила о тебе своей маме, – ответила я. – Только я с ним еще не спала. Как раз собираюсь.

Он начал улыбаться! Он мне не верил! Конечно, не верил, иначе вряд ли он стал бы так спокойно застегивать набитую до отказа сумку. И даже не раздражался, когда заедала молния. Я почти в отчаянии спросила:

– Ты, похоже, не думаешь, что я еще кому-то нравлюсь?

– Ну почему? Митя от тебя без ума.

– Кстати, за что ты его так напугал? – осведомилась я, провожая Женю к двери. – Мальчик всего-то навсего проводил меня на презентацию.

– Да никто его не пугал. Это бабушка забила парня, и теперь ему везде мерещатся угрозы, – легко ответил он. – Митька страшно инфантильный, если разобраться, то ему на самом деле лет двенадцать.

Женя потянулся поцеловать меня, но я уклонилась.

– Не скажешь, кто твой новый приятель? – спросил он, предлагая поддержать шутку.

– Не скажу, – в том же тоне ответила я. – Чтобы ты и на него наехал со своими крутыми дружками? Кстати…

Я придержала входную дверь, которую он к тому моменту уже успел приоткрыть:

– Когда милиция станет меня спрашивать, подвозил ли меня Иван, я отвечу правду. Твоя сестра может врать, если ей угодно, но тогда она ответит за свои ложные показания.

Он снова сделал попытку открыть дверь, но я рванула ручку и захлопнула ее:

– Ты слышишь меня?! – теперь я не сдерживалась и перешла на высокие ноты. – Я скажу всю правду! И не собираюсь никого покрывать, даже тебя, если ты в этом замешан! И Ксения тоже скажет правду! Чем ты собрался меня купить?! Своим коньяком, мандаринами?! Или деньгами?! Подавись ты всем этим!

Я бросилась на кухню и смела обратно в пакет все принесенные им продукты.

– Не делай глупостей, – крикнул он от двери, наблюдая за моими метаниями. – Я ничего не возьму.

– Нет, возьмешь, возьмешь! – я уже кричала. – И я все равно скажу всю правду!

Ну и чего я добилась? Он хлопнул дверью. А когда я, в халате и этих проклятых тигриных тапочках, выскочила на лестницу, его шаги уже раздавались на первом этаже. Он бежал – он сбежал.