Выключить моё видео

– До того года ещё дожить надо, – Варвара качает головой, паркуется, смотрит через заплаканные глаза на асфальт, деревья, цветочные магазины, – меня к ней даже не пустили.

– Не пустили, чтобы дрянь не разносили, а не просто так, – говорит Илюша с заднего сиденья и открывает дверь, – не потому, что она при смерти или ещё что-то.

– Илюх, – Сева морщится, в зеркало видно, – ну ты бы полегче.

– Нет-нет, он правду говорит. Они сказали, что через две недели выпустят тётю Тому, но как мне две недели в Москве ждать.

На улице идём с Севой за цветами вдвоём, оставляя Варвару с Ильёй с работниками идти.

Смотрю на время – вот если сейчас обратно поеду, не опоздаю. При условии, что дядя Вова действительно пошёл в собор и не спешил. А то и задержался на обратном пути, на лавочке посидел, отдохнул.

Странно, что совсем не думаю о маме.

Останавливаемся возле белых цветов.

– Слушай, – говорю, – мне ведь надолго нельзя. И вообще-то вышло только потому, что дядя Вова свалил.

– Я понимаю. Ты жить-то сама можешь, на дядю Вову не оглядываясь?

Останавливаюсь. Белые цветы не пахнут. Будет ли так, что я расскажу, а он поймёт, не станет смеяться? У него родители молодые, сильные, собой заняты, и сейчас даже. Что, про вино рассказывать, про ногти длинные, отросшие, про ноги без носков, на которые всегда смотрю – внимательно от отвращения?

– А ты поживи вместо меня с ним. Поживи и посмотришь.

– Не знаю, мужик как мужик. Я же видел. Объяснишь, что не просто так шлялась.

Раньше не предлагал, но я представила – дядя Вова бы кричал, а меня в ванне запер. И вытащил ремень из штанов, пока мама пьёт лимонный «Терафлю».

– Нет, сама объясню. Только не ты. Ещё хуже будет.

– Вот видишь, – улыбается почти ласково, – извини, что втянул. Но правда, она косилась на нас, как будто задумали что-то плохое, а ты приехала – и нормально.

– Ничего. Просто не знаю, что теперь делать.

– А почему он вообще на улицу выходит?

– За святой водой поехал.

Сева широко открывает глаза, опускает цветы. Тётка в синей короткой куртке смотрит от прилавка. Тут тоже есть святая вода, говорит, во дворик зайдите.

– А мама что?

Лучше не говорить, а шевелиться быстрее. Это долго вообще – похороны? Не была, но видела в фильмах – вдова стоит в чёрной вуали, её кто-нибудь держит под локоть.