Вкус убийства

Уже у самой двери она обернулась и еще раз поблагодарила Юру за фотографии. Напоследок девушка сказала:

– Одну из твоих фоток Стас носил в бумажнике, и в тот день тоже… Она, конечно, сгорела.

Юру передернуло. Он предложил отпечатать для Тани нужный снимок – у него сохранились пленки. Но девушка отказалась:

– Зачем? У меня полный конверт этих снимков.

– Не скажи, – вздохнул Юра. – Я видел твою фотку у него в бумажнике, когда он расплачивался в кабаке. Портрет таким крупным планом был один. Все остальные – скорее, средний план.

Так что я сделаю, позвони мне на неделе…

И за девушкой поочередно захлопнулись обе двери. Таня вышла во двор, постояла у крыльца, глядя, как рабочие продолжают воевать с батареей. Наконец раздались оглушительные удары по чугуну – как видно, другим способом неподатливый агрегат вытащить не удавалось, его решили разбить. Грохот стоял такой, что сработала сигнализация у всех машин, припаркованных во дворе. Таня взглянула на часы и пошла прочь. Проходя мимо окон Юриной квартиры, она взглянула на них.

И увидела, как в окне кухни показалось бледное женское лицо. Женщина взглянула на рабочих, на Таню, на машины… К груди она прижимала какую-то скомканную тряпицу, небрежно прикрывая наготу. Таня поспешно отвела взгляд и прибавила шагу.

«Я только время потеряла, надо было начинать с Саши, – ругала она себя, пытаясь отыскать исправный таксофон. – Самый близкий друг и собутыльник Стаса. Только в Москве ли он? Обычно его не застанешь…» На этот раз она решила позвонить, прежде чем приезжать.

Ответила Сашина подруга и успокоила ее – тот был в Москве, более того, как раз собирался ехать домой. Таню горячо пригласили зайти в гости, и она с радостью согласилась.

– Хорошо выглядишь! – Это были первые слова, которые вырвались у Тани.

Агна (Сашина подруга ненавидела, когда ее звали Агнессой) и в самом деле поразительно изменилась. Она похудела килограммов на пять, загорела и выкрасилась в платиновую блондинку.

Это как-то не вязалось с ее прежним запущенным обликом. Агна жалко улыбнулась:

– По сравнению с тем, что было, конечно… Саши пока нет. Выпьем?

Таня заколебалась и нашла в себе силы отказаться. Обильные алкогольные возлияния последних дней сделали свое дело – сегодня утром она с трудом разлепила глаза. Веки опухли так, что пришлось положить на глаза примочки из чайной заварки, прежде чем накрасить ресницы.

– А я выпью, – снова вздохнула Агна.