Журнал «Парус» №89, 2021 г.

Пятый угол

В четырёх стенах запрусь, чтоб отыскать

Сокровенный пятый угол.

Там становится заклятая тоска —

Самой верною подругой.

Той заветною печалью, что меня

Очищает понемногу.

Света белого в порыве не кляня,

Учит, как молиться Богу.

Как, скорбя, за то прощения просить,

Что лукавый вновь попутал.

Учит верить, что спасительную нить

Бог протянет в пятый угол.

Слёзы

Если я и плачу снова,

Слёзы эти видишь только Ты.

Людям ничего такого

Не заметно из-за суеты.

Сколько суеты на свете,

Господи! Я знаю наперёд:

Если кто-то вдруг заметит,

Смысла этих слёз не разберёт.

Ты – поймёшь, и Твоего лишь

Я прошу прощения за то,

Что который раз позволишь

Не считаться с общей суетой.

Здесь чему ещё и верят,

Так сухой, бесслёзной злобе дня.

Только Ты по крайней мере

И слезам поверишь, и в меня.

* * *

Да, это только слова.

Всего лишь слова.

Так, сотрясение воздуха, звук пустой…

Разве не Сам Ты, Господи, мне даровал

Право – словами болеть как своей судьбой?

Впрочем, скорей не право – пожизненный долг.

Я исполняю: вынашиваю в себе

Столько отчаянных слов, что мой дух замолк,

Весь покорившись отчаянью как судьбе.

И немота его – вся от избытка слов.

И от избытка словам неподвластных чувств.

И, поражённый судьбою, мой дух готов

Логосу – как величайшему из искусств —

Самозабвенно служить.

Научи внимать,

Господи, Слову Единому Твоему.

Чтобы проникла в слова мои благодать,

Свято поверю, что Высшую Суть пойму.

* * *

Кто-то же слышит, как Родина с ним говорит.

Будто зовёт или просит – как мать, не иначе.

Я погружаюсь привычно в свои словари —

И ничего-то не слышу.

А Родина плачет.

Знаю, что плачет, утратив исконную речь.

Речи лишась от разрыва эпох и столетий.

Я берегу словари.

И пытаюсь беречь

То, что убили и Время, и западный ветер.

Родина, я не гожусь ни на что и ничем.

Слово моё – равноценно ль огромной потере?

Помню о ней.

Как о том, что уйду насовсем.

Слово потом сохранит эту память, я верю.

Моя лира

Взыскующая лира не простит

Мне остановки, если я устану

Судьбу и душу растравлять как рану,

Тревожа то и дело честь и стыд.

Ещё не завершается судьба.