Животное

Старое сердце Изольды Петровны не выдерживает, и я нахожу бабушку в ее любимом кресле с журналом в руках под звуки работающего телевизора с ее любимой телепередачей. Это совсем не походило на привычный «час ласки», но наслаждения было намного больше.

Я стою над ее бездыханным телом и радуюсь. Вот она, свобода! В руках бабушки газета с моей статьей, сжатая во время сильного приступа.

Никаких больше правил, никаких обвинений в том, что я животное. Но при этом мне становится страшно, прощаться с чем-то привычным всегда тяжело.

«Защити меня, бабушка», – звучит в голове.

Я ненавидел ее, но, когда я обрел свободу, понял, что бабушка ограждала от меня этот грязный мир, в котором пропадает множество людей. Она была моим бархатным занавесом от этого мира.

Как сильно я заблуждался, думая, что все кончено. На самом деле все только начиналось. Возможно, я так никогда и не смогу обрести настоящей свободы.

2

Похороны – это печальное событие. Как правило, близкие люди плачут, но я не могу выдавить и слезинки. Из родственников у бабушки остался только я, но мы не были близки. Внимательно наблюдаю за людьми: они другие, не такие, как я.

Почему они так много болтают и печально поглядывают в мою сторону? Что им всем надо? Их очень много…

– Привет, как ты? – присаживаясь рядом, спросила Анна Божкович, любимица и лучшая ученица Изольды Петровны. Кажется, она была моей бабушке ближе, чем родной внук.

– Нормально.

– Ты большой молодец, хорошо держишься.

В ответ я внимательно посмотрел на нее. За один день Анна организовала похороны и поминки в квартире. Мне оставалось только выйти из комнаты в назначенное время и восседать на кресле бабушки. Ирония? Величие – мое величие.

– Ты, главное, держись, – положив руку на мое плечо, Анна пыталась утешить то ли меня, то ли себя.

– Разве они нужны ей? – спросил я, кивнув на людей.

Анна внимательно посмотрела, в ее глазах я прочитал боль.

– Все будет хорошо, – устало ответила она и пошла к гостям.

Я оставался в кресле и продолжил наблюдать за собравшимися. Рядом встало двое ученых с института.

– Мне не верится, что Изольду Петровну погубила какая-то статья в журнале! – возмутилась женщина.

– Мне тоже, – ответил мужчина.

– А вы читали эту статью?

– Да, это безумие! – он настолько возмутился, что не смог скрыть своего еврейского акцента.