Тамбур

Она созерцала узоры на плафоне, освещавшем стол, и заставляла себя сохранять непроницаемый вид.

– Мы давно стали чужими.

– А? – вяло откликнулась она. – Простите?

– Мы же перешли на ты!

– Разве? – нахмурилась женщина. – Ну прости. Я прослушала.

– Я хотел сказать, что практически – я не женат. – И его длинные тонкие губы расползлись в улыбке, которая ей с первого взгляда не понравилась. Однако теперь, даже после того что Татьяна услышала, улыбка ее уже не раздражала. Она отметила это про себя и снова выругалась: «Какая я дура! Неужели влюбляюсь?»

– Такое бывает, – доверительно говорил Дима, продолжая играть вилкой.

 – Женятся по любви… Живут вместе пару лет… И все проходит.

– Все? – иронически переспросила она.

– Все вообще. – Он поднял глаза, и женщина снова поразилась тому, насколько они непроницаемы. Они были темны, холодны и серьезны – как запечатанный сейф. – А расстаться невозможно.

– Почему же?

– Зачем? – Дима вдруг заметил вилку в своей руке и аккуратно положил ее поперек нетронутого блюда.

 – Бросить женщину и причинить ей боль? Такое делают, но… Должна быть причина. Должен быть человек, к которому ты уходишь.

«А он слабый, – вдруг поняла Татьяна. – Сильный не стал бы рассуждать».

– Наверное, я просто боюсь одиночества, – будто услышав ее мысли, продолжал мужчина. – Я привык, понимаешь? Приходишь домой. Тебе задают вопрос: «Как дела?» Ты отвечаешь: «Хорошо». Ужин готов. Правда, – он усмехнулся, – она плохо готовит.

Ложишься в постель. Гасишь свет. И…

– И?… – Татьяна иронично приподняла бровь.

– И больше ничего, – отчеканил он.

– И вы решили мне пожаловаться?

Татьяна не любила себя за язвительность. Она сама понимала, что именно эта черта и не дала ей выйти замуж, а ведь возможностей было много. Однако «язык мой – враг мой». И она не утерпела.

– А я не жалуюсь, – спокойно, доверительно сказал он. – Я хотел поговорить с хорошим человеком.

И тут ей стало не по себе.

Так бывает неловко тому, кто привык обороняться и вдруг понял, что на него вовсе и не нападают. Татьяна несмело подняла глаза.

– Вы меня извините, – сказала она. – Устаешь, забываешь, как общаться…

– Мы на ты.

– Тем более, извини, – и улыбка у нее получилась теплой, дружелюбной. – Тогда можно спросить – почему ты выбрал меня?

– Из-за твоих глаз, – немедленно ответил Дима.

– А что в них такого?

– Свет.

Ответ ее убил.