Солнце восемь минут назад

Маленькая, худая, стремительная – со спины женщина выглядела подростком, обиженным на весь свет и непримиримым.

Оставаться наверху и делать вид, что ее тут нет, Александра сочла неудобным. Она уже собиралась спуститься, когда услышала на лестнице голос Аристарха:

– Саша, ты там?

– Здесь, – откликнулась художница. Через несколько секунд Аристарх показался в дверном проеме. Он не переступил порога спальни, а остановился, привалившись плечом к косяку. Его черные глаза были сощурены и приобрели непроницаемое выражение.

Левую руку Аристарх поднес к губам и часто покусывал согнутый указательный палец.

– Поднялась посмотреть, как тут все устроено, – продолжала Александра. – У меня ведь такое же шале. Симпатичный домик.

– Да. – Аристарх, словно проснувшись, тряхнул головой и опустил руку. – Пять симпатичных маленьких домиков и один симпатичный большой домик. Всего-навсего. Ты все слышала?

– Извини, не хотела подслушивать, но…

Он поднял руку, отгораживаясь от ее оправданий:

– Да ничего страшного.

Ты же свой человек. Мне нужен помощник, просто необходим. А от моих сыновей будет больше вреда, чем пользы. Они безнадежны. Ты это знаешь…

Александра молча пожала плечами. Она отмечала про себя, что поведение Аристарха, его манера держать себя и высказываться изменились. От ровного, почти на грани равнодушия, дружелюбного настроения не осталось и следа. Художница ощущала нараставшее в его тоне напряжение и недовольство. «Похоже, назревает бунт. Интересно, замечает ли это Светлана? Тираны обычно узнают о революциях последними…»

– В общем, одно из двух, – продолжал Аристарх, расхаживая по тесной комнате.

Седой шевелюрой и резкими движениями на разворотах он очень напоминал полярного волка, запертого в клетку. – Или я запарываю объект и плачу неустойку, или заказчик примет у меня запоротый объект. Он довольно странный мужик. На это и надежда.

– Чем странный? – настороженно осведомилась Александра, присаживаясь на край постели.

– Да так, – неопределенно отозвался Аристарх.

 – Такое чувство, что он тебя не слушает. Сам не знает толком, чего хочет.

– Это часто бывает, – заметила художница.

– Нет, я неправильно выразился. Создается впечатление… – Аристарх возвел глаза к потолку, пересеченному открытыми балками, словно отыскивая верные слова. – Впечатление, что ему все равно, как там выйдет в итоге. Да ты сама убедишься.

– Скорее бы. – Александра тоже невольно взглянула на потолок. – Я ведь своего договора еще и в проекте не видела.