Солнце восемь минут назад

Снег повизгивал под рифлеными подошвами новеньких валенок, когда Александра шла вслед за парнем по узкой расчищенной тропке к ближайшему от главного дома шале. Жора, не оборачиваясь, указывал то направо, то налево, объясняя:

– Всего у нас семь домиков. Два из них, вон там, поодаль, законсервированы, не достроены. Это просто коробки. Пять готовы принимать гостей. Все в рабочем состоянии: вода, канализация, отопление. Дизайнер поработает, докупим мебель… Максим думает открыть первые домики на Масленицу. Большой праздник, катание на тройках и все такое.

Блины, само собой.

– Через полтора месяца? – Александра, щурясь, оглядывала обширную территорию, тонущую в снегах. Солнце поднялось высоко над лесом, и крахмальная белизна наста слепила ее. – А он успеет?

– Он-то все успеет, успели бы ваши друзья, – приблизившись к крыльцу, Жора вытащил из сугроба воткнутые в него широкий скребок и лопату. – Я расчищу дорожку отсюда вон к тому шале! Это будет ваше!

Парень указал черенком лопаты на домик справа.

– А вы пока идите в дом, погрейтесь. Я утром протопил, может, еще остались угли. Дров там полно, подбросьте.

Домик был точной уменьшенной копией главного дома – двухэтажный, сложенный из грубо отесанного бруса. Карниз крыши далеко выдавался вперед, как у всех шале. Похожее строение дом имел и внутри: Александра оказалась в комнате с камином, в одной стене виднелись две двери. Открыв первую, художница обнаружила ванную комнату с душевой кабиной и сантехникой, типичной для отеля средней руки.

За второй дверью, где она думала найти кухню, оказалась маленькая гардеробная. Вдоль одной стены тянулись встроенные шкафы, вдоль другой – стойки для хранения лыж.

Александра подбросила пару поленьев в камин – в домике было тепло, но она слишком любила открытый огонь, чтобы отказаться от такого удовольствия. Пока поленья занимались на углях, художница поднялась по лестнице и бегло осмотрела второй этаж. С площадки можно было попасть в две спальни, расположенные одна напротив другой.

Мебель везде стояла массивная и добротная, в непритязательном деревенском стиле – кровати, платяные шкафы, комоды для белья. Матрацы все еще были обтянуты упаковочной пленкой. Окна без занавесок смотрели на лес.

Внизу хлопнула дверь. Александра услышала приглушенные голоса Светланы и Аристарха. Высунувшись на площадку, она хотела окликнуть друзей, но осеклась. Супруги ругались.

– Этого не будет! Не будет! – твердила Светлана. Ее голос вибрировал от ярости.