Игры Богов

– Да, едем, – произнес тот маг, что обычно «У Битчера» не так многословен как другие, и первым залез в танту. Она была просто великолепна! Новенькая, блестящая, в пассажирском отсеке не два, а целых четыре места.

Я даже застыла перед этим великолепием, хотя чему я удивляюсь? Это же знатные маги, по-другому просто и быть не могло.

– Вперед, – подогнал меня Эйден, чуть подталкивая вперед.

– Куда направляемся?

– М-м-м… – замялась я. – Вы гуляли в парке Шинтылям? – спросила я. Мне очень давно хотелось побывать там.

– Я не представился. Юстин, – произнес тот немногословный маг. – Этот парк называется так же, как и мыс?

– Он там и находится, – объяснила я.

– Это интересно… Я не против поехать туда для начала.

– Я тоже, – согласился Эйден.

– Мое мнение уже явно не учитывается, – скривившись, сказал пугающий меня маг и, развернувшись, обратился к водителю: – Парк Шинтылям.

– Не обращай на него внимание, Эовин. Креон всегда такой, – наклонившись ко мне, прошептал Юстин, сидящий рядом.

Выдавив из себя что-то вроде понимающей улыбки, я перевела взгляд на Эйдена, который в свою очередь не отрывал его от меня.

До парка мы добрались довольно быстро. А за время поездки никто больше и слова не сказал. Для меня это оказалось слишком странно. Они же друзья, разве нет?

Во всяком случае, после того, как я вышла из танты, все мысли вылетели из головы. Здесь было просто чудесно! Темного цвета дорожки, по краям разрисованные огненными узорами, смешивающимися с символами водной стихии.

От всего этого я прикрыла глаза, наслаждаясь атмосферой. Но вскоре мое «уединение» прервали.

– Мы слышали эту историю, – сказал Креон.

– Какую? – не сразу поняла я.

– О командире, что погнался за последними олокустумами, не желая отпускать их, как делали все остальные.

– Да, но вы видели его скульптуру? На табличке под статуей написаны имена и титулы бойцов, которые пошли за своим командиром, – произнесла я, направляясь вдоль дорожки. Маги последовали за мной. Кажется, интересно здесь находиться только мне… – Говорят, он был очень жестоким, поэтому так и не смог обзавестись семьей и детьми. Все, что ему подарило государство в честь подобного открытия и отваги, вернулось обратно.