Кавказский синдром

– Ты че? Ты меня что ли? – уточнил он на всякий случай.

Та радостно закивала, и Витек, приосанившись, попер вперед, к хихикавшей из-за пальмы красотке. Он подходил все ближе, вот уже схватил красавицу за руку. Она часто задышала, заглянула ему в глаза и вдруг ткнула в подбородок чем-то холодным и произнесла хриплым басом с заметным кавказским акцентом:

– Здорово, шнырятина!

– Че? – не понял Витек, открыл глаза и немедленно заорал.

Прямо над ним скалилась белыми клыками в темноте рожа того хача, которого они вчера кинули на Пушке.

У Витька в глотке пересохло от ужаса. Вообще-то не был он ни вором, ни бандитом. Честный барыга, короче. Отмотал два года, правда, – как лошара попался со стаканом на Лубянке. Ну да это дело прошлое.

А тут очень уж приперло, лавэ нужны были позарез – проигрался в карты, задолжал одному там реальному пацану. Ну и кореша посоветовали – тут, мол, Дени зверек заходил, расспрашивал, не продает ли кто тачилу. Наверняка, какому-нибудь его земляку хачмобиль понадобился.

Так ты и кидани его, че такого-то, в ментовку ж не побежит – навешают еще чего нехорошего, зверь все таки, как никак.

Вот он и решился. Когда ехал на дело, чуть не обоссался от страха. Потом зато летел, как на крыльях – выгорело, все выгорело! Молоток ты, Витька, крутанский пацан! Ему и в голову не могло придти, что ара этот – азер или даг, хер их там разберет – сможет его выцепить. Да не просто выцепить, а вот так, среди ночи влезть в его собственную хату да еще со стволом.

Он попытался было снова заорать, но в глотке пересохло.

Да еще этот гад со свинцовыми глазами ощутимо так саданул кулаком под ребра и предупредил:

– Еще взвизгнешь, грохну. Врубился?

Он отчаянно закивал – понял, мол, понял вас, добрый человек, не надо.

– Ключи от тачки где? – как будто между делом осведомился хач.

Витек дрожащей рукой ткнул в сторону книжных полок. Не спуская с него ствола, ара отошел к полкам, пошарил там, сунул ключи в карман.

– А запасные?

– О… они в ящике, в столе.

Я щас достану…

– Лежать! – коротко скомандовал хач.

Голос не повышал, но Витек так и дернулся от его команды, вытянулся на диване. Все еще держа его на прицеле, хач вывернул ящик стола, извлек из кучи хлама связку ключей, сунул и ее тоже в карман. Потом взял со стола доверенность, быстро пробежал глазами – что он видит-то там, в темноте, глаза, как у кошки, что ли.

– Ты лежи, Виктор Андреич, год рождения 1977, лежи, отдыхай! – сказал тот на прощание.