День полнолуния

И когда Мирзоев начал понемногу его восстанавливать и меня подключил… Мы сутками работали, ночей не спали, но это был вопрос чести – восстановить родной город, вернуть ему красоту, порядок, величие.

– Вы прекрасно в этом преуспели, – заметила я. – Я много где побывала. Но, пожалуй, второго такого романтичного города, как Сунжегорск, назвать не смогу.

Тимур улыбнулся и ничего не ответил, лишь посмотрел вниз, на расстилавшийся под балконом проспект. И во взгляде его мне померещилось то же, что виделось в нем, когда он смотрел на дочерей, – сдержанная гордость и глубокая любовь.

И я невольно задумалась, можно ли такое сымитировать.

– А что же нынешний глава? – внезапно, словно по наитию, спросила я. – Асланбеков? Как я понимаю, он продолжает курс предшественника, с которым вы когда-то начинали?

Показалось или лицо Тимура вдруг на мгновение затуманилось? Словно мелкая тучка набежала на солнце в ясный летний день.

– Конечно, – сдержанно отозвался он.

 – Не скрою, с Мирзоевым мы вместе работали много лет, и когда его отстранили от должности, меня это… удивило. Но политика – дело сложное. Раз наверху посчитали, что Асланбеков на нынешнем этапе развития края может быть более полезен, значит, мне, как человеку военному, остается только подчиниться приказу.

– Тимур Ахметович! – позвал кто-то из комнаты.

– Извини, Ира, зовут, – бросил мне Тимур и скрылся за вздувавшейся на ветру легкой прозрачной занавеской.

А я, оставшись на балконе одна, вдруг задумалась… Что, если Тимур не изменял Родине? Что, если Тимур считал, что он, как человек беззаветно любящий свой город, свой родной край, обязан заботиться о его благополучии? Что, если ему казалось, что отставка прежнего главы была совершена несправедливо и новый руководитель уничтожит результаты многолетней работы? Могло это побудить его пойти на такие меры? Я не знала, не могла дать ответа на новый вопрос.

Мне только предстояло еще это выяснить.

Теперь, когда у меня был доступ практически ко всем телефонным и личным переговорам и переписке Тимура, я приступила к тщательному анализу информации. Однако вот так просто найти ничего не удавалось. Но дело свое я знала хорошо и не рассчитывала, что Тимур оставит улики в легкодоступных местах. Я переслушала сотни телефонных разговоров, перечитала тысячи писем – деловых, дружеских, личных, но до сих пор так ничего и не нашла.