Чтобы не было мучительно больно…

– Доктор сказал, что домой мне пора, – чуть грустно улыбнулась женщина.

– Мам, тебе бы все шутить! Что доктор сказал? Что-то серьезное? – не мог понять мужчина. Ответ женщины ему показался странным.

Павел вопросительно взглянул на жену, которая молча сидела на пассажирском сидении, рядом с ним. Но Лия ответила сама.

– Врач сказал, что у меня четвертая стадия рака. Серьезнее некуда. Мне в небесный дом уже пора, сынок. И я не шучу. Я сама еще не привыкла к этой мысли. Но так уж вышло, – Лия взглянула зятю прямо в глаза, и он смутился, невольно притормозив и съезжая на обочину.

– Мам… что-то я не пойму, вернее поверить не могу, – исправил он сам себя.

– Я чувствовала, что мои болячки к этой цели ведут. Но только время неправильно рассчитала. Врач сказал, что только несколько месяцев осталось.

Лия замолчала, задумчиво глядя на горизонт, где за потемневшими деревьями скрывалось солнце. Павел немного помолчал, затем тронулся и поехал дальше.

Ветки деревьев были осыпаны длинными лезвиями необычного инея.

Лия сидела на мягком сидении их семейного «минивэна» и вдруг словно улетела в этот проплывающий мимо лес, забыв о теле, покоящемся в машине. Ее душа скользила над застывшими деревьями, покрытыми снегом и инеем, искрящимся в лучах заката, любовалась игрой света и тени. Душа была легка как птица и не привязывалась к одному месту. Ее домом была вся Вселенная, а местом радости в настоящий момент, вот этот зимний вечерний лес по дороге к дому, в котором все еще проживает ее тело – временное пристанище души.

Это тело подарил ей Творец на время обучения, которое продолжалось не так уж и долго – только обычную земную жизнь. Но все навыки и уроки, полученные здесь, очень нужны будут в вечности, в той самой, реальной жизни, для которой готовил ее Небесный отец.

– Мам, а какое лечение врач назначил? Когда следующий приём? – голос зятя вернул ее в машину.

Лия огорченно вздохнула. Ей было так хорошо там, в лесу. И даже не холодно. Физический мороз душе нипочем, а тело сейчас находилось в теплой машине. Душа от физического холода не мерзнет, ей страшно только равнодушие любимых людей. Лия не страдала от душевного холода. Ее семья, дочь, зять, внуки, всегда дарили ей достаточно душевного тепла и внимания. Но сейчас ей хотелось побыть еще там, в лесу, среди сияющего великолепия природы.