Что с тобой не так?

–Ну хорошо, – вздохнула она и смирилась.

Когда положил трубку, сказав, что буду через час, я задумался, а какого это остаться одному? Реально одному. У меня всегда был кто-то. И сейчас, как бы не складывалась жизнь, есть мама и старшая сестра. Мы находимся не рядом. Все в разных городах. Но «рядом» значит не «на соседней улице». Рядом – это в твоём сердце. Тот, кому можно позвонить в любую минуту, и тебя выслушают, у кого для тебя всегда есть вот эта самая минута, что так бывает нужна. В этом смысле я избалованный ребёнок, а Анжела теперь сирота.

***

Она открыла дверь сразу, как будто стояла за ней, ожидая, когда я позвоню.

–Привет.

Выглядела она, как и подобает в таких случаях, уставшей, опухшей, бледной. Но… было в ней что-то такое, чего я не узнавал. Или не замечал. Я не мог понять, что это. Так выглядят люди, у которых умерли близкие, но уже выжившие из ума родственники. Ты оплакиваешь их смерть, и в то же время чувствуешь облегчение, что всё это, наконец, закончилось, и ты можешь начать жить.

–Привет. Ты как? – я протянул ей упаковку итальянских пирожных, которыми Вера часто меня угощала. Я всегда сильно сомневался в их итальянских корнях, но вкус у них был что надо. Поэтому, не имея понятия, что можно взять с собой, я взял то, что не вызвало во мне диких противоречий и сомнений.

–Спасибо, – улыбнулась Анжела, – ты очень заботливый.

–Я знаю, – зачем-то ляпнул я, тут же распял себя в своей голове и попытался перевести тему, – с чего начнём?

–Не знаю, – пожала она плечами, – пошли в комнату.

–Конечно, – спохватился я и стал стягивать ботинки.

Мы прошли по широкому коридору, уставленному коробками с вещами. Где-то лежала одежда, некоторые были запечатаны. И тут я подумал, что даже не знаю, кем работал её муж, чем он занимался. Наверняка что-нибудь интересное. Как минимум, важное.

–Слушай, – сказал я, – а кем работал Стас?

–Не знаю, – спокойно сказала Анжела.

–В смысле? – я так удивился, что просто замер на месте.

–Что? – непонимающе взглянула на меня девушка.

–Как ты не знаешь, кем работал мужчина, с которым ты прожила..

–Два года.

–Два года!

–Не знаю, – эхом повторила Анжела, – я никогда не спрашивала.

–И он ничего не говорил тебе?

–Нет, а зачем?

В её глазах я видел неподдельное непонимание, словно я спросил, почему она не штопала ему носки, а покупала новые.