Обратный отсчет

 – Престижное?

– Когда-то было престижным – дальше некуда. Иван Грозный выстроил себе дворец именно в Александровой слободе. Ты можешь вообразить кого-нибудь круче?

Марфа сердито указала на дверь:

– Воображай сам! Я уважаю людей, которые читают книги, но надо меру знать! Нечего давить меня эрудицией, мы не в телешоу.

…Меньше чем через два часа они уже были в дороге. Марфа потрясла его, заказав такси.

– Ты представляешь, во сколько это выскочит?! Это же Владимирская область!

– Плачу-то я, – хмуро ответила она, не глядя на собеседника.

Женщина была раздосадована – обзвон знакомых не дал никаких результатов. Все, разумеется, ужасались и сожалели, но никто даже приблизительно не мог предположить, куда делась Люда.

– В таких случаях обычно трясут лучшую подругу… А у нас беда в том, что Людина единственная и лучшая подруга – я сама. – Марфа смотрела в окно, разглядывая полупустые празднично-воскресные улицы. Дима взглянул на затылок таксиста – они устроились рядом, на заднем сиденье.

«Интересно – он нас принял за парочку или нет? За слегка сдвинутую или очень богатую парочку – кто же еще ездит в Александров на такси!»

– Что же мне делать? – думала вслух женщина. – Я рассчитывала вылететь обратно одиннадцатого, никак не позже. Повидать своих, посидеть где-нибудь с друзьями… Я сто лет не была в Москве, соскучилась смертельно! А когда вернусь, надо будет работать не поднимая головы – организуется польский филиал, и похоже, что меня туда переведут.

Даже города пока не знаю. То ли Краков, то ли Познань… Живу без дома, как бродяга! Когда же я теперь вернусь?

– Когда и хотела, – удивленно возразил Дима. – Ты что – бросишь работу и возглавишь поиски?

– А ты бы не бросил все ради Люды? – с вызовом спросила она, разворачиваясь к нему, будто готовясь к бою. – Спокойно бы уехал?

– Я – дело другое!

– Потому что ты с ней спишь? Так уехал бы или как? Думаю – уехал бы!

– Да ты что заводишься? – Он понизил голос, беспокойно поглядывая на таксиста – тот явно с большим удовольствием слушал их разговор, даже радио приглушил.

 – Я же никуда не уехал! Вот – дальше Александрова ни ногой!

Марфа что-то невнятно пробормотала и снова отвернулась. Дима озадаченно замолчал. «Женская дружба! А говорят, что ее нет – до первого мужика. Вот вам – любуйтесь. Надо с ней поосторожней. Скажешь что-нибудь, она переврет по-своему. Вообще, кажется, особа психованная.