У ночного костра

Поговорить было о чём: шутка ли, оба уже по "полтиннику" разменяли, и стаж охотничий у каждого, почитай, лет тридцать с гаком. И вот один из них, Володя, похвастался: дескать, на лабазах* полжизни прошло. И тело (а в особенности мягкая его часть) от столь долгого сидения стало твердокаменным, как дуб морёный. Даже дробь не возьмёт. Да что там дробь, картечь – и та навряд ли! Что слону дробина?! Эти рассуждения своего товарища Олег, второй охотник, воспринял совершенно естественно: то есть, как несмешную и слабую шутку.

И этим немало задел самолюбие своего собеседника. Вовке, как говорится, вожжа под хвост попала: – а вот, говорит, пойдём вместе на охоту, там и убедишься, что я не вру! Ну, сказано – сделано. Собрались они, как говорят, "по перу"**. Володя, чтобы довершить свой задуманный хитрый розыгрыш, основательно подготовился. Дома накануне охоты зарядил один патрон вместо дроби пшённой крупой. И на порохе при зарядке, конечно, сэкономил – мало ли, что пшёнка вместо дроби! А чтобы уж наверняка всё прошло как по маслу, на гильзе краской вывел изящную надпись "картечь"***. Толстые ватные штаны, плотный резиновый коврик, да кусок хорошей бычьей сыромятины из старых еще запасов отлично подошли в качестве страховки… Насколько успешной была утиная охота у наших друзей, об этом история умалчивает. Но не попусту – и то хорошо! И вот, после всего действа сидят мужики у костерка, кушают варёную утятину и задушевно так под водочку беседуют. Выждав удобный момент, наш "любитель экстрима" напомнил своему товарищу о былом споре. Олег заотнекивался – тебе что, мол, жить надоело, и все в том же духе. Но Вовка настоял-таки на своём (зря что-ли столь славное шоу готовил?). И в предвкушении своей победы, протянул товарищу заветный патрон. Удалившись на приемлемое для выстрела расстояние в несколько десятков метров, принагнулся. Приготовился, значит, своим "морёным дубом" напарника удивлять. А друг вместо того, чтобы к стрельбе готовиться, всё вертел этот патрон в руках и пребывал в великих сомнениях. Ведь русским языком написано: картечь! И каким бы крепким ни был любой зад, а супротив волчьей дроби всё равно не выстоит! Об этом даже не говорил, а натурально кричал в голос весь его многолетний охотничий опыт. А то, что патрон этот на вес легковат казался, Олега не насторожило: с устатку, да ещё и выпили… И что обращать внимание на такие пустяки, когда друг с ума сходит?! Сделав последнюю и безуспешную попытку переубедить товарища, Олег пожалел неразумного по-своему.