Любовь, предавшая себя

Пожалуй, трезвомыслящей во всем этом бардаке оказалась одна Эльмира. Запись назначена в четыре часа. Сейчас без четверти четыре. Эля вышла на крыльцо, захлопала в ладоши.

–Вот и наша невеста. Она не пряталась, просто отдыхала в своей комнате. Если бы она слышала, что за ней приехал ее любимый, он выбежала бы ему на встречу. Иди к нему, подруга! Давайте, похлопаем им в ладоши!

Ура! Народ возрадовался. Засвистели, закричали, заулюлюкали. Кто на машине, кто пешком, отправились в сторону Администрации района.

Эльмира не была знакома со свидетелем со стороны жениха. Однако, когда они встали с двух сторон молодых, она его вспомнила. А он и не забывал эту рыжую бестию все семь лет с тех пор, когда впервые ее увидел. Это судьба! Он готов сделать все, чтобы именно эту девушку привести в свою рощу счастья, где он гулял часами, мечтая о любви.

***

Семь лет назад Самат вернулся в свой родной город, окончив институт. На работу он поступил в технический отдел завода рядовым инженером. Парень считал себя достаточно взрослым и не ходил каждые выходные на танцы.

Однако, судьбу на кривой кобыле не объедешь! В конце августа справляли день рождения друга. Немного выпили и всей компанией пошли на танцплощадку. Самат не танцевал. Он стоял в тени высокого клена и наблюдал. Его внимание привлекла компания из нескольких девушек.

Девчонки веселились во всю, не пропуская ни одного танца. Все они были высокие, длинноногие, симпатичные. Среди них выделялась одна.

Как она двигалась! Как самозабвенно танцевала! Широкая улыбка не сходила с ее загорелого лица, обрамленного пышными рыжеватыми кудрями. Самат перебрался поближе к компании, чтобы получше разглядеть девушку.

При свете фонаря ему показалось, что глаза у нее зеленые. Не серовато-голубые, которые принято называть зелеными. Глаза у девчонки цвета молодой озими: ясные, яркие, чистые. Девушка заметила пристальный взгляд молодого человека, но не смутилась, не потупилась.

«Бывалая» – подумал Самат и пригласил ее на танец, взяв за локоток. Эльмира, это была она, не торопясь повернулась, посмотрела с насмешкой в глаза парня, подумав: «Старый пень, поди уж под тридцатник, туда же, на танцы притащился». Вообще-то Самату исполнилось только двадцать четыре. Однако, он держался так солидно, так серьезно, что казался старше своих лет.

Это было томное, тягучее танго. Самат давно не танцевал, но с этой девушкой и мертвый запляшет.