Мой друг Жабыч

Лицо Матиаса набралось недетской серьезности. Позже я приметил, оно всегда таким становилось, когда Матиас чего – то не мог понять. Воспитательница кликнула всех возвращаться в детский сад на полдник. Матиас протянул руку, помог подняться и поразил тем, что начал стряхивать с моей куртки снег.

– У тебя чудное имя.

Я не знал, что ответить, только пожал плечами.

– Я «подарок Бога», – задиристо произнес Матиас. – Меня очень долго ждали!

Я не удержался и засмеялся.

– Чего смеешься?

Матиас готов был снова на меня наброситься, но у меня никакого страха не было, только Жабыч не переставал шептать, как заклинание:

«Очень плохой мальчик, не надо с ним разговаривать».

– Мы с тобой долгожданчики, – заявил я Матиасу. – Меня также долго ждали.

«Нехороший мальчик, задира. Не надо с такими водиться», – не переставал гундеть Жабыч.

Матиас впервые улыбнулся. Наверное, ему понравилось, что я назвал нас «долгожданчиками».

В тот день я сделал для себя еще одно открытие: если встречаются вместе те, которых очень ждали – это не случайности, потому что и папа, и Жабыч верят: случайности не случаются случайно.

В Космосе, когда сталкиваются две звезды, происходит большой взрыв, когда же оседает их звездная пыль, из нее образуется планета. У бабушки, как всегда, все проще и доступнее:

– Как дитя вы назовете, так оно и будет жить. Тобиас – это необычно, но красиво, Нежданчик было бы лучше, но такого имени нет.

– Значит, ты, правда, меня не боишься? – миролюбиво переспросил Матиас, когда мы почти подошли к садику.

– Папа говорит, что бояться никого не надо. – Я даже остановился. – Это никому не помогает.

Матиас сделал вид, что усиленно думает, – молчал, потом произнес слова, которые невозможно было не запомнить.

– Если кто – то тебя будет обижать – я всех побью!

Жабыч заистерил: «Нам не нужен такой защитник!»

Я ему первый раз очень резко возразил: «Не тебе решать!»

Когда искали Матиаса, находили и меня, когда искали меня, находили и Матиаса.

Главная воспитательница пожаловалась маме: – Тобиас и Матиас – взрывная смесь.

К чему она это сказала, мы не поняли, нам всего – то было по шесть лет.

* * *

Когда Жабыч узнал от меня, что Матиас теперь мой друг, горестно взвыл: «Только его нам не хватало».

«Не надо так о моем друге, – рассердился я. – Матиас говорит, что друг – это человек с фонариком в руках, освещающий дорогу для двоих. Правда, папа утверждает, что дружба – это встреча разных миров.