Либгерик

По дороге проносятся автомобили.

– Ума не приложу, – говорит Кристина, – что это их заставило… Может, какое-то благотворительное заведение?

– Столовка для бомжей? – спрашивает Шустов и оглядывается.

– Но те ребята в синих комбинезонах на бомжей совсем не похожи…

– Может, день открытых дверей? Ну что-то типа того.

– Да нет, обычное кафе, нет никаких таких объявлений.

– Короче, загадочная корейская душа, – заключает Шустов. – И у них она загадочная. У финнов, кстати, тоже. Как напьются, лапландские песни поют.

Они озираются. Всюду высятся сияющие высотные дома, гостиницы. Кристина снова включает смартфон, передает его Шустову и просит посмотреть, где они находятся, с помощью GPS. Тот смотрит, переспрашивает название гостиницы. Оказывается, они в центре, до гостиницы идти пешком полчаса. И они идут по улицам, залитым светом фонарей, реклам, витрин. Вдруг видят впереди какую-то древнюю черепичную крышу с характерными загнутыми кверху краями.

– Какое-то историческое сооружение… Врата Сун-не-мун, – читает он по карте.

И они смотрят друг на друга. Лицо Кристины кажется очень бледным в свете витрин. А у Шустова половина лица черная. Мимо идут жители и приезжие, все как будто на одно лицо.

Перед витриной с обувью Кристина останавливается. Они заходят в магазин. Кристина мерит одни сапоги, другие, третьи, ничего не подходит. Молодая симпатичная продавщица с плохо скрываемым изумлением смотрит на сапоги Кристины.

– Все тесное, – говорит Кристина. – Не для моей подагры.

– Давай купим кроссовки.

– И в кроссовках я пойду на конференцию?

– Ну, я не знаю, в чем там ходят. В смокингах, что ли? Сейчас даже в Мариинку ходят в джинсах и кедах, и ничего.

– У меня другое воспитание.

– Ну да, ну да, папа в Смольном работал, я помню, на черной «Волге» разъезжал… Но ты ведь когда-то от всего этого и сбежала в заповедник, в зимовьюшку на горе Бедного Света? – спрашивает он уже на улице.

Кристина вздыхает.

Шустов ожидающе смотрит на нее сбоку.

– Так и не понятно, – заключает он, – о чем был этот вздох. О папиной «Волге» или о пихтовых нарах в зимовье.

Кристина не отвечает.

По пути в гостиницу они заходят в продуктовый магазин и накупают всякой всячины: крупы, чая, кофе, булок, конфет, консервов, яиц, печенья, две бутылки корейской водки. Последнее не нравится Кристине. Но Шустов возражает, эта водка, по слухам, вдвое слабее русской, и в бутылке только 350 миллилитров.