Император Бубенцов, или Хромой змей

– Может, шоу? – предположил Бермудес. – Обрати внимание, вон там, в углу, поблескивает? Не исключено, везде тут телекамеры расставлены.

Поросюк прищурился, завертел головой.

– Не нравится мне всё это! – Бубенцов со злобою покосился на Шлягера. – Эта сволочь сразу не глянулась.

– Ты бы сумку вернул ему, – сказал Поросюк. – С него же спросят, куда дел реквизит. Хоть, будем говорить, и алкоголик, а жалко его.

– Сумки нет! Я бомжа встретил. – Бубенцов оживился, повеселел. – «Дай, – говорит, – в кредит сколько-нибудь до Омска!» «На, – говорю.

 – Бери!» Эффектно получилось. Как он стрекача-то дал с миллионами бутафорскими!..

Ухо Шлягера навострилось, тонко затрепетало. Во сне всхрапнул, дрыгнул ногой в кирзовом ботинке.

– Сволочь, – отреагировал Бубенцов. – Ненавижу пьяных скотов. Давил бы…

Скрипки смолкли, музыканты объявили перерыв, стали складывать инструмент. И тут где-то далеко ударили литавры, глухо зарокотал барабан, тревожно заголосила труба. Все разговоры враз стихли.

Друзья стали оглядываться в некотором смятении. Звуки доносились как будто из-под земли. То у мёртвого Шлягера ожил мобильный телефон. Гремел рингтон масонского марша «Вихри враждебные веют над нами…».

Шлягер пробудился, встряхнулся. Поглядел острым глазком на Бубенцова, потянул одним пальцем за колечко телефон из нагрудного кармана, прижал ухом к плечу.

– Алё? – пьяно кривляясь, крикнул он. – Говорите! Кто на проводе?

И тотчас осёкся, услышав ответ. Видно, страшен был голос далёкого собеседника.

2

Лицо Шлягера стало быстро застывать. Впалые щёки втянулись ещё больше, приобрели мертвенный оттенок, точно на них легла серая мраморная пыль. Телефон вырвался из ослабевших пальцев, прыгнул на пол, завертелся юлой. Что-то всхлипнуло, лопнуло внутри Шлягера, он сорвался со стула, заламывая руки, подлетел к Бубенцову.

– Где бомж? – проверещал Шлягер. – Которому вы деньги… Догнать! Немедля!..

– Где бомж? – Ерошка подхватился с места, схватил Шлягера за лацканы макинтоша, встряхнул.

 – Я тебе покажу. Гнус!

Шлягер выл, бился в руках Ерофея, пытаясь освободить пережатое горло.

– Я покажу, где бомж! – кричал Бубенцов, волоча извивающегося врага в фойе.

В вестибюле настигли их Поросюк и Бермудес, встали между противниками.

– Это были настоящие деньги! – взвизгнул Шлягер, высвободив наконец воротник из пальцев Бубенцова. – Подлинные! Дурак!..

– Подлинные! – оскалился Ерошка.