Театр ужасов

Отверстия для глаз с двойным крепким стеклом и металлическими оправами, дыхательные пути надежно защищены прочным забралом, похожим на звериный оскал; нос вздернутый, как и на маске Кустаря (он всем сделал одинаковые резиновые дуры, а себе отлил особенную, с вздернутым раздвоенным носом, как у вурдалака в советском фильме «Вий»).

– Ну, – сказал я с восхищением, – наворотил!

Кустарь, немного разочарованный, увидев меня, оживился:

– Да клевая штука! Как в кино, знаешь, каскадерский реквизит. Не знаю, что на него нашло.

Тут все в норме – безобидно… Короче, надеваешь, идешь, когда в тебя попадают, у тебя башка разлетается… Ну, все как в кино! Натурально. В смысле, не твоя башка, а вот эта насадка с желатином… Я и смесь сделал, точно как мозг! И еще для работы ночью, чтоб все видно было, подсветку приделал на спину, сам себя освещаешь, представь! Это нечто новое, да? Для съемки будет отпад. Не надо будет заботиться об освещении в потемках, фигура будет идти в собственном свете! А?

– Да, это класс, – говорил я, – ну, ты даешь… вот это здорово…

– Да, я тоже считаю.

Надо испытывать… а он чего-то не хочет…

– Да идите вы, – шипел Коротышка, спешно разоблачаясь, он был весь красный.

– И сколько за один такой трюк заплатят? Как думаешь?

– Как за три… Потому что… Съемка на видео эффектная, плюс ты не сможешь быстро переодеться и перезарядиться, как остальные… ну и требуется навык… это не очень просто…

– В нем дышать нечем, – сказал Коротышка, он был взмылен и возмущен. – За один трюк сто евро! Он стреляет хардболом…

– Да ладно, – удивился я и посмотрел на Эркки, тот поморщился отрицательно, продолжая рассупонивать горе-испытателя.

– Это кожаный костюм, и на парусине, – говорил ему Кустарь. – Прочный, как кольчуга, никакие пули не страшны. Ты ничего не мог почувствовать.

– Да я те говорю, мне в плечо, вон смотри, синячок!

– Да это тебя пчела укусила!

– Йих! – вскричал раздраженный Коротышка. – Какая пчела! Не верит. Смотри, вон кровь свежая спекается. Это точно от пули.

– Да нет, это был страйк. Я знаю – у Шпалы апгрейда нет, да и нету у него хардбола, – заверил Эркки, и Коротышка успокоился, бригадиру он поверил, только промямлил, что все равно было больно, он, дескать, не врет, зачем сочинять, вот смотри – рана есть, пусть платит…

– Да, да, точно, – подтвердил я, – новое ружье, видали?.. Для страйка – красивое…

– Ага, я ему сам с Амазона заказывал, – сказал Эркки.

– А зачем страйк? – поинтересовался я.